– Бледная такая, костлявая, с длинными темными когтями… Она тянулась ко мне из-под кровати и как будто пыталась затащить туда. Я не дался, вырвался и свет включил. И оно тут же исчезло. Но сегодня мне так не повезет. Сегодня оно придет за мной. Сделайте что-нибудь с этим, Михаил Петрович!
– Это будет проблематично, – признался Велесов. – Мы сами ищем Аглаю, но она уже второй день не появлялась ни дома, ни в своем офисе. Может быть, уехала на праздники. Или…
Велесов не стал договаривать, предпочитая не озвучивать одну из главных версий следствия о том, что это Аглая убивает людей, а не всякие там монстры, живущие в колодцах или еще где.
– Тогда спрячьте меня! – попросил Георгий с чувством. – Спрячьте где-нибудь! Где эта тварь до меня не доберется. Хоть в КПЗ, хоть в СИЗО. Я не могу пойти домой. И к матери не могу: еще ее зацепит…
Велесов задумался. КПЗ – это, конечно, хорошо, там Аглая – или любой другой убийца – действительно не доберется до своей жертвы, но не спровоцирует ли это маньяка в последний момент жертву сменить? Это защитит Георгия, но не остановит преступника. Лучше взять мужчину под свою защиту на эту ночь. И на следующую, если в эту ничего не случится.
– У меня другая идея. Я буду ночевать у вас.
С того момента, как Юля села в машину Роба, день пошел не по плану, но в итоге она ни о чем не жалела.
К ее удивлению, на обед Роб повез их не в один из ресторанов Шелково, а в Москву. Это поначалу заставило нервничать: Юля не сразу поняла, зачем они выехали за пределы города, но когда Роб объяснил, что хочет показать «нормальный» ресторан, она успокоилась.
И снова задергалась, оказавшись в этом самом «нормальном» ресторане. Как сформулировали в каком-то фильме, официанты тут были одеты гораздо лучше нее, не говоря уже о других немногочисленных гостях. Если Роб собирался вести ее в такое место, стоило дать ей переодеться. Она даже успела подумать, что ее просто-напросто не пустят, потому что она не пройдет какой-нибудь фейс-контроль, но этого не случилось. Как объяснил потом Роб, когда во время еды она призналась в своем страхе, днем здесь более демократично относятся к гостям, а вот вечером – да, даже его бы не пустили так, как он одет сейчас.
Меню Юля только раскрыла, пробежала взглядом и отложила, предлагая Робу самому выбрать что-нибудь для нее. Название большинства блюд вызвало у нее недоумение – она совершенно не понимала, что за ними кроется, а цены и вовсе сбивали с толку. Ну не может еда столько стоить! Не должна… Но раз уж Роб специально привез ее именно сюда, значит, он знает, что здесь можно съесть.
Тот действительно не растерялся и сделал заказ весьма уверенно, уточнив только, нет ли у нее аллергии или предубеждения против морепродуктов. Никаких аллергий Юля за собой никогда не замечала и предубеждениями не страдала, поэтому сначала ей подали незнакомый острый суп, потом крабовый салат – с настоящими крабами – и рыбу с овощами, приготовленную на гриле, в качестве горячего. И хотя пережитый стресс поначалу создал иллюзию отсутствия аппетита, стоило начать есть, как Юля уже не смогла остановиться – так все оказалось вкусно. От жадности она даже согласилась на десерт, потому что название «канноли с фисташковым кремом» звучало необычно и очень вкусно.
Роб в этот раз не стал заказывать вино, они ограничились безалкогольными напитками и кофе к десерту, а после обеда вернул ее в Шелково, прямо к подъезду дома, хотя путь был неблизкий.
Все это время он был мил и обаятелен, смешно шутил и постоянно ловил ее взгляд. Юле было довольно легко находиться в его обществе. Она не отводила глаза и с каждой минутой чувствовала себя все более уверенно даже в шикарном ресторане, которому совершенно не соответствовала.
Поездка туда-обратно и неторопливая трапеза заняли много времени, поэтому на тренировку Юля не попала, в последний момент предупредив Кристину сообщением, что сегодня не сможет составить ей компанию. К счастью, та не стала интересоваться причиной. Возможно, после ночных бдений ей и самой не хотелось никуда идти.
Уже остановив машину у ее подъезда, Роб повернулся к Юле, насколько позволяло место водителя, заверил, что прекрасно провел время и с удовольствием встретится с ней еще раз, если она согласится. После чего протянул руку, коснулся ее лица и наклонился к нему с весьма понятным намерением.
Юля не стала его останавливать, но особого рвения в поцелуе не проявила, быстро прервала его, скомкано поблагодарила за обед и попрощалась, торопясь выбраться из салона.
В лифте ее щеки горели, а сердце быстро билось, но совсем не так, как после первого поцелуя с Владом. Тот поцелуй – как и все их прочие – выходил за рамки всего, что она когда-либо испытывала.
