– К примеру, вы, Михаил, услышали, что человек рассказывает, что увидел, допустим, необычный военный корабль, который был больше чем все такие же, что он видел до этого. Расспрашивать его о то том: «Где он это видел?», «Сколько на нём орудий?», «Какого он класса?», простыми вопросами подозрительно. Понимаете?
– Ну да.
– Вот, – продолжила она. – Лучше, если положение вам позволяет, все перевести в шутку. Спросите его: «Не напекло ли ему голову, когда он это видел?». Тогда человек обычно начинает оправдываться, пытаясь доказать вам что он не лгун и припоминает какие-нибудь дополнительные детали. А вы в этот момент, слушайте да запоминайте и в конце обязательно сделайте вид, что все равно сомневаетесь в правдивости его рассказа.
– А если обидеть человека нельзя?
– А если нельзя, сделайте вид что верите, поддержите разговор, расскажите, что видели такой же, только орудий там было, не пять, как рассказывает он, а семь, и было это в другом месте. Тогда он, скорее всего, начнет сравнивать, то, что видел он, с тем, что видели вы. И опять же будет припоминать детали, задавая вам вопросы: «А у твоего чего да сколько?». Получиться вы и беседу поддержали и информацию получили, а вопросов не задавали вовсе.
– Так он же мне, вопросы будет задавать? – озадачился я.
– Соврёте что-нибудь. Вы же потомственный рыбак! – усмехнулась Елена Андреевна. – Какую там самую большую рыбу, вы из Азовского моря выудили?
– Я никогда не преувеличивал, – не сдержав усмешку, ответил я.
– Ну вот! Можете, Миша, – усмехнулась она. – Только запомните главное, не давите на собеседника. Будьте легким, ненавязчивым, не пытайтесь чего-то добиваться, чаще обращайтесь к человеку по имени, в нашем деле главное стать приятным собеседником. А приятные собеседники это кто? Это те, кто умеет слушать, сопереживать или шутить, никого не обидев. Пользуйтесь тем, что я вам говорю, и всегда думайте, что говорите сами.
– Постараюсь.
– Постарайтесь, – уже серьёзно произнесла Елена Андреевна возле дома. – Алексей рассказывал, как мы с ним познакомились?
– Да, но…
– Вот что бывает, если не следовать правилам, – предупредила Елена Андреевна.
– А если, вдруг такое случиться со мной, ну и меня поймают, или…?
– Тогда, Михаил, как бы вам не было туго и больно, сильно больно. Чтобы вам не обещали, стойте на своем: что вы просто рыбак и просто возите людей по Босфору. Потому что, если вы сознаетесь, в другой своей деятельности, вас казнят. А потом придут за нами и нас казнят.
На этой не веселой мысли Елена Андреевна, с которой мы все это время шли под ручку, остановилась возле входа в свой подъезд. Она вдруг ослепительно сверкнула белоснежной улыбкой и прижалась своей щекой к моей.
Я уже начал потихонечку привыкать ко всем этим неожиданностям, поэтому, не растерявшись, широко улыбнулся ей в ответ.
– До завтра, Миша, – звонко и кокетливо сказала она по-французски и, развернувшись, направилась домой.
Перед дверью в подъезд она на секунду обернулась, подарив мне ещё одну милую улыбку. Я проводил ее взглядом до тех пор, пока она окончательно не исчезла из вида. Потом озадаченный ее внезапным поведением, я посмотрел сначала налево и, не увидев ничего подозрительного повернул голову, на право.
Метрах в двадцати от меня стоял прилично одетый мужчина лет сорока пяти. В руках он держал небольшую коробку с конфетами из кафе в соседнем квартале. Они всегда перевязывали коробки ярко красной лентой и делали красивый бант.
Не входящий в планы Елены Андреевны ухажер осматривал меня, а я его, до тех пор, пока мы не встретились взглядами. Он стоял не подвижно. Я тоже. На его лице читалась досада. Мое же выражение лица было максимально спокойным и в тоже время решительным. Дуэль наших взглядов продолжалась секунд двадцать, после чего мой визави, склонив голову, развернулся и направился в противоположную сторону.
Уроки, которые в течение двух недель давала мне Елена Андреевна, оказались увлекательными. Для меня это было настоящим открытием. Начав пользоваться ее приемами, я заметил, что почти каждый раз люди сами добровольно со всеми подробностями, выкладывали мне все что видели или слышали. Хотя получалось так, что я об этом их даже не спрашивал.
Страх не постижения науки прошел. Он превратился в приятное ожидание нового урока. Прогуливаться с Еленой Андреевной было приятно. Я дарил ей цветы, водил ее в кино. Половину прогулки мы просто болтали, а по дороге домой я как губка впитывал новую информацию.
В начале следующей недели Елена Андреевна напомнила мне, что с момента нашего возвращения, прошел уже больше месяца. Я и сам с нетерпением считал дни с момента отправки запроса. Но так как мне не хотел слышать еще одно: «Нет», я решил к сроку исполнения запроса прибавить еще пару дней, прежде чем идти в консульство за ответом.