— Что ж, вольно тебе верить в старые сказки. Но меня это не касается. Пускай себе плывут! Я уверен, что никто в Шире этого не видел!
— Ну, не знаю, — задумчиво сказал Сэм.
Он считал, что как-то раз видел в лесу эльфа, и надеялся, что в один прекрасный день увидит еще, и не одного. Из всех легенд, что слышал он в детстве, больше других его трогали обрывки сказок и полузабытые истории об эльфах.
— Даже в наших землях есть такие, кто знаком с волшебным народом и узнаёт от него новости. Например, мастер Бэггинс, у которого я работаю! Он говорил мне, что эльфы плавают по Морю, а он многое знает о них. А старый мастер Бэггинс знал и того больше, я еще ребенком говорил с ним об этом.
— А, они оба тронутые, — отозвался Тэд, — по крайней мере старый Бильбо точно был «того» и, похоже, свел с ума Фродо. Ну, друзья, я пошел домой. Ваше здоровье! — Он осушил свою кружку и шумно вышел.
Сэм не сказал больше ни слова. Ему было о чем подумать. С одной стороны, хватало работы в саду Бэг-Энда и, если погода прояснится, он будет завтра весь день занят. Но в голове у Сэма было и еще что-то, кроме сада. Через некоторое время он вздохнул, поднялся и вышел.
Было начало апреля. Небо после сильного дождя расчистилось. Солнце уже зашло, и холодный бледный вечер переходил в ночь. Сэм пошел домой через Хоббитон под ранними звездами, тихонько и задумчиво посвистывая.
Именно в это время после долгого отсутствия в Шир вернулся Гэндалф. В течение трех лет после приема его не было. Затем он нанес Фродо короткий визит, внимательно осмотрел его и снова исчез. В последующие годы он появлялся довольно часто и всегда неожиданно. Приходил вечером и уходил до рассвета. Он не рассказывал о своих делах и путешествиях и, казалось, больше всего интересовался незначительными новостями о здоровье и делах Фродо.
Затем внезапно его посещения прекратились. Фродо не видел его и не слышал о нем и уже начал думать, что маг никогда не вернется и больше не интересуется хоббитами. Но в тот вечер, когда Сэм возвратился домой, в сумерках послышался знакомый стук в окно кабинета.
Фродо с удивлением и большим облегчением приветствовал старого волшебника. Они пристально посмотрели друг на друга.
— Как дела? — спросил Гэндалф. — Ты ничуть не изменился, Фродо.
— Да и вы ничуть, — ответил Фродо, но про себя подумал, что Гэндалф постарел и выглядит усталым.
Он начал расспрашивать о новостях, и вскоре они погрузились в беседу, которая продолжалась далеко за полночь.
На следующее утро после позднего завтрака волшебник сидел с Фродо у открытого окна кабинета. В камине пылал яркий огонь, хотя солнце было теплым, а ветер — южным. Все выглядело свежим, и новая зелень весны сверкала на полях и на кончиках ветвей деревьев.
Гэндалф думал о той весне, когда почти восемьдесят лет назад Бильбо убежал из Бэг-Энда без носового платка. С тех пор волосы волшебника стали еще белее, борода и брови — длиннее, а морщины мудрости, избороздившие лицо, — глубже. Но глаза его светились ярко, как всегда. Он курил, и голубые кольца дыма вылетали из трубки с прежней энергией и силой.
Гэндалф курил молча, потому что Фродо погрузился в глубокую задумчивость. Даже при свете утра он ощущал темную тень от рассказа волшебника.
Наконец хоббит нарушил молчание.
— Ночью вы начали рассказывать странные вещи о моем Кольце, Гэндалф, — сказал Фродо, — но потом остановились, сказав, что о таких вещах лучше говорить при дневном свете. Может, вам стоит закончить сейчас? Вы утверждаете, что Кольцо опасно, гораздо опаснее, чем я могу предположить. В чем же эта опасность?
— Во многом, — ответил волшебник, — оно гораздо могущественнее, чем я осмеливался предполагать, настолько могущественно, что в конце концов побеждает любого смертного, владеющего им. Оно само овладевает тем, кто его носит.
В Эрегионе давным-давно было изготовлено множество эльфийских Колец, волшебных колец, как вы их называете. Они, конечно, отличались друг от друга.
Одни более могущественны, а другие — менее. Малые кольца — пробные, и для эльфийских кузнецов изладить их было пустяком, но даже они, по-моему, опасны для смертных. Что ж говорить о Великих Кольцах, Кольцах Власти!
Знай, Фродо: смертный, владеющий одним из Великих Колец, не умирает, он перестает расти, стариться. Но на него все сильнее наваливается усталость. И чем чаще он при помощи Кольца становится невидимым, тем скорей увядает и в конце концов делается постоянно невидимым, так и бродит в сумерках под тяжелым взглядом Темной Силы, управляющей Кольцами. Да, рано или поздно — позже, если он силен и благороден. Но, повторяю, ни сила, ни благие цели не помогут, и, раньше или позже, Темная Сила овладеет им.
— Вот ужас-то! — сказал Фродо.
Вновь наступило долгое молчание. Было слышно, как Сэм Гэмджи постригает в саду газон.
— И давно вы об этом знаете? — спросил наконец Фродо. — А Бильбо? Он знал?
