Придя в себя, он видит, как дива моргает ему левым глазом и кивает слегка головой в сторону. Король расценил это как сигнал к уединению с певуньей. Но он всё же хочет удостовериться в её серьёзных намерениях. Оба своих указательных пальца он направляет себе в грудь и неслышно задаёт ей вопрос: «Со мной?». В ответ он видит некое движение её языка о щёку, которым она подтверждает ему свои серьёзные намерения. «Да, всё верно! Звёзды сошлись! Она хочет его! Он хочет её! Так чего же время тянуть?» – решает Клавдий.
Дива же к этому моменту закончила исполнять свою арию, пришла в себя и приготовилась к аплодисментам. Но то, что она увидела потрясло её: вокруг неё люди плясали, смеялись и катались по полу. Вдобавок ко всему в её сторону направлялся король. Он выставил вперёд себя руки, слегка согнув их в локтях. Он как-то неестественно улыбался ей своими губами и шальными глазами. При этом он что-то напевал себе под нос и раскачивал бёдрами. Не дойдя до исполнительницы примерно с полметра, он прыгнул в её сторону и набросился на неё. Он схватил её обеими руками за талию и повалил на пол. Дива принялась отчаянно визжать, взывать о помощи… Но никто не посмел помешать его величеству…
И вот Клавдий перешёл к решительным действиям. Он левой рукой ещё сильнее сжал талию певицы, а правой рукой задрал подол её платья, собираясь добраться до её прелестей и получить обещанное…
Но тут какая-то не видимая сила взяла короля за шиворот и оторвала от дивы, потом подняла его так, что у Клавдия оторвались ноги от пола. Затем эта сила развернула его на сто восемьдесят градусов вокруг своей оси, а затем нанесла ему мощный апперкот в подбородок. Короля подкинуло в верх и в сторону, примерно под сорок пять градусов. И он куда-то понесся. Но вот сила кинетической энергии закончилась и тело Клавдия рухнуло вниз, причём с такой скоростью, что его ноги на какое-то мгновение оказались выше его головы.
Тело короля рухнуло на ползалы. И он погрузился в небытие. Это была королева. Но королева ещё не закончила. Теперь она обратила всё своё негодование за всё произошедшее на диву, которая так посмела унизить её! Она прорычала голосом напоминающим рёв ветхозаветных иерихонских труб:
– Шлюха, потаскуха!
Ишь чего бесстыжая удумала!
Решила мужа из под носа увести!
А ну-ка, стража, вон её гони
И чтоб уже через минуту
Не было её здесь духу!
И денег никаких ей не платить,
И въезд в страну ей на всегда закрыть!
Сцена XXIX
Стена, окружающая замок. На её широкой вершине произошла смена караула. В караул заступили офицеры Марцелл и Бернардо. Смена караула прошла в соответствии с гарнизонным уставом: торжественно и величественно. После того как разводящий караула с прежними офицерами скрылись из виду, Марцелл и Бернардо расслабились. Им предстояло в течении пяти часов стоять в карауле, что было скукой смертной. И как всегда, чтобы скоротать время, они брали с собой в караул карты и домино.
Бернардо
– Марцелл, ты слышишь,
В замке музыка играет!
Король и королева слух свой услаждают.
Эх, вот бы нам сейчас там оказаться,
Красивой музыки послушать,
Медовых пряников покушать,
Винца бы сладкого испить.
Эх, вот бы нам с тобой, Марцелл, так жить!
Вот только я не разберу,
Что это за язык такой?
На коем так певичка голосит!
На дыбе что ль она висит?
Марцелл
– Эт? Итальянский.
Бернардо
– А ты откуда знаешь?
Марцелл
– Была, как-то, подружка у меня.
Из тех краёв, из итальянских.
Когда любви мы, с нею, предавались,
Она вот так же голосила.
Весь мозг мне выносила…
Без умолку, с такой же страстью!
С тех пор язык сей, итальянский,
В башке моей застрял.
И как его где слышу я,
Свою Джаконду сразу вспоминаю.
Она со мной такое вытворяла!..
А улыбка у неё была, Бернардо,
Какая-то особенная: загадочно красивая.
А брови она себе напрочь брила:
Она в какой-то секте состояла,
В ней бровей носить не разрешалось.
Бывало, только краем глаза взглянет на меня,
Как тут же у меня штаны трещат по швам!
Ну что, Бернардо, начнём с картишек или домино?
Мне так всё равно.
Да, помнишь, в тот раз, когда ты проиграл мне?
Должок ты так и не вернул – я жду.
Бернардо
– Вот зануда! Сказал же, что отдам.
Не доставай меня.
Как только жалование выдадут,
Тотчас своё получишь!
Сейчас же вот, что думаю:
Картишки подождут.
Я обсудить с тобою кое-что хочу:
Слух до меня дошёл, что у Горацио,
У старого развратника,
Который нам деньжат подкидывает
За девочек, что тайно мы ему приводим,
Лекарство появилось, вроде бы…
И средь людей молва идёт: волшебное!
Ну, как тебе такая тема?
По-разному судачат люди.
Кто разговор ведёт про бочки,
Что выпорхнули из моря
На крыльях золотых, а в них –
Двуглавые коты, с выменем как у коровы!
И вот Горацио котов тех доит,
Из молока того лекарство варит
И снадобьем своим потом людей спасает!
Другие ж говорят, что, мол, орлы гигантские
Вдруг испражнились на лету.
В подарок королю!
И тот помёт, пока летел, созрел
И стал лекарством чудным.
Короче, по-разному народ толкует тему эту.
Но, как говорится: ближе к делу!
Вот что я думаю, Марцелл:
А не сгонять ли нам разведать?
Колдуна проведать…
А вдруг, брат, это правда?
Затаримся лекарством,
Горацио нам не откажет!
Марцелл
