Беспощадное время. Жестокие, суровые нравы. Суров был, и председатель Сибревкома Смирнов. Разве мог он тогда думать, что и ему придётся писать прошение о помиловании. Случилось это в 1937 году.
„В Гражданской войне принимало участие не более 3–4 % населения страны, — отметил ректор Университета Дмитрия Пожарского Сергей Волков. — И у белых, и у красных довольно чётко различается „ядро“ и „шлейф“. И „ядро“ очень немногочисленно. У белых это ядро — максимум 60–70 тысяч. Не только офицеры, но и учащаяся молодёжь — добровольцы. В „шлейфе“ были и офицеры, в том числе, кадровые, которые тоже вели себя очень по-разному. У большевиков „ядро“ было в несколько раз больше — тысяч 200–250“.
В то же время Волков предположил, что Гражданская война всё-таки могла бы завершиться иначе — „если бы Белое движение не закончилось на год-полтора раньше, чем началось уже низовое сопротивление большевикам со стороны подвластного им населения“. То есть если бы армии Колчака и Деникина или Врангеля застали многочисленные крестьянские восстания 1921 года, а также Кронштадт. „Тогда вместо безоговорочной власти большевиков могло бы победить нечто, пусть даже левое, но достаточно абстрактное“, — допустил историк.
С гибелью Колчака стала тайной история царского золота. Дело в том, что по окончании Первой мировой войны тогдашний правитель Российской империи — Николай ІІ, отдал приказ надёжно спрятать золото в глубине страны. Вплоть до начала Гражданской войны в России золотой запас государства хранился в Казани.
18 ноября 1918 года, после произошедшего накануне переворота, адмирал Колчак захватил золотой запас. Так называемое „золото Колчака“ в реальности представляет собой как минимум бóльшую часть золотого запаса Российской империи, который на тот период считался одним из самых крупных на планете. Часть этого золота адмирал потратил на покупку оружия, часть (по некоторым данным) была украдена атаманом Семёновым, ещё одну часть нашли после ареста Колчака.
Однако историки утверждают, что существует ещё одна часть золотого запаса России, которую называют Сибирской. Она не найдена до сих пор. Следы этой доли ведут в Тюмень. Различные перемещения эшелонов с золотом привели к тому, что в итоге золотой запас оказался в Омске. Объём доставленного золота в виде монет, слитков, полос и кружков на сумму более 645 миллионов золотых рублей составлял 490 тонн. В тот период стоимость одного золотого рубля составляла 0,5 долларов.
Ввиду того, что союзники не снабжали колчаковские войска должным образом, часть золота была продана или заложена в иностранных банках в качестве средства обеспечения взятых займов. На эти нужды было потрачено свыше 190 миллионов золотых рублей. Сделка была заключена с французскими банкирами.
Смелость французов пойти на сделку с Колчаком и его непризнанным правительством, а также тот факт, что в дальнейшем сделки, заключённые с ними, могли быть признаны недействительными, подстегнула банкиров из других стран. Британские и японские банки выстроились в очередь за русским золотом. После этого правительство Колчака стало заключать более выгодные для России сделки по продаже золота с иностранными банками.
Также известно, что часть золотых запасов Колчака была похищена. Объём украденного составил порядка 43 миллионов золотых рублей. В целом к моменту краха власти адмирала на счетах правительства было сосредоточено порядка 80 миллионов рублей золотом. Существует несколько версий относительно потенциального месторасположения остатков золотого запаса России времён правления Колчака.
Согласно одной из таких версий недостающие миллионы были украдены чехословацким корпусом во время охраны эшелона с золотом, который следовал из Омска в Иркутск. Другая версия гласит о том, что золото было спрятано по приказу адмирала Колчака в одном из таких мест: шлюз Марьина Грива в Обь-Енисейском канале; горы Сихотэ-Алиня; река Иртыш; озеро Байкал и многие другие.
Разнообразие версий свидетельствует о том, что дело поиска колчаковского золота непростое. Им занимаются опытные археологи. Остаётся надеяться, что когда-нибудь эта тайна будет раскрыта.
Врангель после большевистской революции оказался в Ставке Верховного командования, где разрабатывал план создания армии из добровольцев для продолжения войны с немцами, и покинул Могилёв, когда стало ясно, что главком Николай Духонин не собирается оказывать сопротивления большевикам.
