Зачистка города была произведена показательно. После занятия почты и телеграфа были убиты их руководители Кукуренко и Узнадзе. Был исколот штыками и в таком виде брошен в тюрьму больной тифом Капитон Бахтуркин. В контрразведке погиб красный партизан Масиков. Много жителей Владикавказа погибло на виселицах, установленных в городе. Особенно пострадали жители рабочих Молоканской и Курской слободок.
Согласно многочисленным свидетельствам, белыми было также уничтожено большое количество больных тифозных красноармейцев. При этом в ряде исследований фигурируют вновь, как и при первой потере большевиками Владикавказа, фантастические цифры в 17 тыс. тифозных красноармейцев, закопанных (в т. ч. «почти живыми») во дворе кадетского корпуса и рядом с ним. Среди жертв в городе было много и ингушского населения, выступившего на стороне большевиков. Речь шла о сотнях погибших.
После окончательного разгрома остатков Красной армии на Северном Кавказе настала очередь «усмирения» северокавказских национальных территорий. Оно происходило и ранее, но теперь было более акцентировано.
В этих условиях провозглашалась чистка территории от «большевистской заразы» как терскими казаками, так и частями Добровольческой армии. Подобные формулировки входили даже в приказы белого командования.
В феврале 1919 года последовало окончательное «замирение» белыми войсками Терской области. Оно проходило жёстко, так как среди белого командования было распространено мнение, что горцы понимают только силу.
Советская энциклопедия Гражданской войны приводит данные, что в феврале 1919 года только в Терской области было расстреляно около 1 тыс. казаков, служивших в Красной армии, и повешено 300 казаков в сунженских станицах.
Репрессии коснулись и чечено-ингушских территорий. Впоследствии атаман Шкуро в февральском интервью Р. Ковскому говорил, что ему удалось наладить отношения с ингушами:
«— Ингуши как к вам относятся?
— Теперь очень хорошо, — засмеялся генерал Шкуро, — правда, после того как я сжёг у них три аульчика…».
Шкуро не назвал уничтоженных им ингушских аулов, но их названия известны. В марте были сожжены и сравнены с землёй три ингушских селения: Базоркино, Долаково, Кантышево. Как всегда, этот эпизод своего военного пути Шкуро забыл упомянуть в своих мемуарах…
В конце марта операции «замирения» против горцев были завершены. 29 марта 1919 года деникинские войска под командованием генерала Д. П. Драценко начали штурм «пробольшевистского» чеченского аула Алхан-Юрта. К вечеру аул был взят. Исходя из плана замирения Чечни, аул подлежал образцовому усмирению. В ходе боя в плен не брали, всего в ауле погибли в бою и были расстреляны после него до 1000 чеченцев. «Аул весь был предан огню и горел всю ночь и следующий день, освещая ночью далеко равнину Чечни, напоминая всем непокорным, что их ожидает завтра». На следующий день деникинские войска взяли штурмом чеченский аул Валерик. Все защитники были перебиты, а Валерик был сожжён. В апреле уже фиксировались отдельные жертвы. Так, 29 апреля в селе Христиановское (сейчас Дигора) был схвачен и расстрелян деникинцами один из руководителей борьбы на Северном Кавказе за советскую власть Г. А. Цаголов.
Параллельно в марте шло «закрепление» Ставропольской губернии. 3 марта 1919 года белым карательным отрядом было занято село Медвежье в Ставрополье, центр антимобилизационого восстания крестьян. В селе было приговорено к смерти 18 человек. В других сёлах, участвовавших в восстании, также были произведены казни: в селе Летницком — 4, в Жуковском — 1, Привольном — 3, Ладовско-Балковском — 3, Дмитриевском — 4, Преградном — 5 человек.
Следует отметить, что в период Гражданской войны Медвеженский уезд Ставропольской губернии был подвержен в наибольшей степени белым репрессиям. По неполным данным советской комиссии при ставропольском губернском отделе юстиции, на лето 1920 года (сведения поступили из 26 сел из 31) в 26 сёлах уезда зарегистрировано 1112 случаев повешения и расстрела, 138 случаев тяжких истязаний и 204 случая полного ограбления. Первое место по числу жертв занимало в уезде село Белая Глина с общим числом казнённых белыми не менее 700 чел. Свыше 50 жертв в каждом насчитывается в сёлах: Горько-Балковском, Павловском, Богородицком и Ново-Михайловском. В других — количество казнённых меньше, но так же, как и в Ставропольском уезде, среди населённых пунктов Медвеженского уезда нельзя было указать хотя бы на один, где бы не значились повешенные и расстрелянные белыми властями. Среди показаний свидетелей нередко встречаются подобные заявления: «карательный отряд выпорол половину села», «карательным отрядом было ограблено всё село поголовно».
Из известных расправ этого периода была казнь в 6 часов вечера 22 марта 1919 года на Базарной площади в городе Святой Крест Ставропольской губернии (сейчас Будённовск) командира 3-й Кавалерийской бригады 11-й армии И. А. Кочубея. Его повесили по приговору военно-полевого суда. Также здесь в этот день были казнены и другие попавшие в плен члены штаба Свято-Крестовской дивизии.
