Должно быть, я зажмурился, а когда вновь открыл глаза, меня качнуло из стороны в сторону. Свет теперь был ярким, сероватым, воздух посвежел. Миссис М. уже разомкнула объятия, но продолжила сжимать мою руку, чтобы я не упал, и как заведенная повторяла:
– Все хорошо, Эдриан, все хорошо, все хорошо…
Но что же тут было хорошего, если исчезла не только полутемная, янтарная комната, но и само здание, в котором мы находились?
Клуб «Новая правда» испарился. Сероватый рассвет наступил на несколько часов раньше положенного, а мы стояли на небольшом холме, окруженном болотистыми лугами. Вдалеке петляла широкая река, уходя к горизонту, где за облаками поднималось солнце. Вот те на! Не только комната и клуб – вся чертова Москва куда-то сгинула!
Везде, насколько хватало глаз, виднелись руины.
Я чуть не отключился, и несколько секунд мы с миссис М. исполняли странный танец – она удерживала меня за руку, чтобы я не шлепнулся на задницу, а я шатался и выписывал вокруг нее кренделя, ловя ртом воздух и стараясь вернуть равновесие, в то время как мои подошвы скользили по травянистым кочкам. В конце концов я расставил ноги достаточно широко и перестал балансировать. Миссис М. поддержала меня за плечи. Я согнулся, тяжело и часто дыша. Глядя на пустынные болота и руины, я не верил своим глазам.
– Я в норме. Все путем, – выдавил я и распрямился.
Миссис М. не отпускала мой локоть.
Я несколько раз глубоко вздохнул, стараясь подольше задерживать воздух в легких. Затем огляделся. Вокруг – ни души. На реке, прямо под светлым участком неба, где занимался рассвет, я увидел точку. Возможно, лодку. Повсюду виднелись остовы зданий. Даже у самого горизонта торчали темные зубья руин: башни, куски куполов, изъеденные угловатые коробки, которые когда-то могли быть многоэтажками.
В паре шагов от нас из высокой травы выглядывали гладкие валуны.
– Присядем. – Миссис М. подвела меня к одному из холодных камней.
– Где мы, черт подери? – спросил я, как только немного перевел дух.
– На другой Земле, в другой Москве.
Она села на соседний камень, развернувшись ко мне вполоборота. Вуаль опять закрывала ее лицо – с тех самых пор, как мы сюда прибыли.
– Это из-за таблеток или… – Я поскреб ногтями шею.
– Из-за вот этого. – Она подняла устройство, похожее на зажигалку. – Таблетки мы приняли на всякий случай, если что-то пойдет не так. Вы ведь запомнили комнату, которую мы покинули?
Я кивнул.
– Это был ваш запасной путь домой. Теперь он, впрочем, не понадобится, мы сможем вернуться вместе. Первая транзиция всегда самая сложная. Выходит, мы с вами хорошо совместимы. – Она с улыбкой похлопала меня по руке.
– Черт! – Я встал, тряхнул головой и начал лихорадочно осматриваться.
Наконец я нашел камень размером с кулак и запустил им как можно дальше в сторону полосы света, где вставало солнце.
– Дайте мне минутку, окей? – обернулся я к миссис М.
– Я посижу здесь. – Она улыбнулась из-за вуали и села поудобнее, обхватив руками колено.
Я сбежал вниз по склону, местами скользя, а местами перепрыгивая через темно-бурые камни, которые грудами лежали в траве. Когда холм перешел в болото, я зашлепал по мутной воде. Зачерпнув со дна серо-коричневой грязи, я хорошенько ее рассмотрел, затем перевел взгляд на блеклый пейзаж и ощутил, как грязь утекает сквозь пальцы. Где-то жалобно вскрикнула птица, издалека ей ответила другая.
Все вокруг выглядело, пахло и звучало до чертиков реально. Темная поверхность воды, в которую погрузились мои ступни (в черных слипонах; что стало с моими «конверсами»?) – успокоилась. Взглянув на свое отражение, я себя не узнал.
Джинсы стали грубее и вместо черных сделались темно-коричневыми. «Нокиа» исчезла – вообще пусто в карманах! На запястье не было «Ролекса».
Мои руки тоже изменились. Откуда-то возникли веснушки. Разве у меня они были? Я вдруг понял, что не помню. Блинский блин, я что, даже собственную руку признать не могу? Обернувшись, я увидел на холме маленькую темную фигурку – миссис Малверхилл сидела там, где я ее оставил. Я потащился наверх.
– Я тандемщица, – объяснила она, когда я сел на соседний камень; на востоке между двумя слоями облаков мелькнул желтовато-оранжевый кусочек солнца. – Могу переместить вместе с собой другого человека. Большинство людей вообще не в состоянии транзитировать, а из остальных лишь единицы способны переносить из мира в мир что-либо, помимо самих себя.
– Транзитировать?
– Перемещаться из одного мира в другой.
– Ух ты! И для этого нужен наркотик?
– Необходимо вещество под названием «септус». Оно есть и в таблетках, которые мы приняли, и в виде спрея вот здесь. – Она помахала маленькой зажигалкой, а затем спрятала в складках черного одеяния.
Зажмурившись, я потер кулаками глаза. Когда взглянул снова, все осталось на месте. Серое небо, обширные блестящие болота, темные развалины вдалеке.
– Мы вроде как в другом измерении, да?
Черт, и почему я так плохо учился в школе? Ох, не надо было валять дурака на уроках физики…
