Пламя рванулось вперёд, оглушительным рёвом устремляясь к Ноксиану, превращаясь в шквал, в бурю, в огненную стену, несущуюся на него.
Ноксиан без труда отразил его пламя, а затем быстрым, отточенным движением начертил в воздухе сложную формулу.
Озеро вскипело. Громадный водяной столб взметнулся вверх, закручиваясь вихрем, обретая форму. И прежде чем Мара или Весперис успели среагировать, вода обрушилась на них.
Ледяной поток накрыл Мару с головой, пригвоздив её к земле. Она почувствовала, как вода заполнила уши, рот, нос, не давая вдохнуть. Она пыталась подняться, но водяной напор был слишком сильным, и её пальцы судорожно скользили по мокрому камню. Бутылочка хрустнула в её ладони, осколки впились в кожу. В какой-то момент ей показалось, что она захлебнётся.
— Ноксиан! — закричал Весперис, но его голос утонул в ревущей стихии.
Вода отступила, дав им секунду передышки, но уже в следующий миг поднялась снова, обрушиваясь на Дамиана. Он выставил руку, выпуская новый поток огня, который мгновенно испарил часть воды, но её было слишком много.
— Я не позволю вам! — доносился до них голос Ноксиана.
Водяной вихрь ударил по Весперису, сбивая с ног. Тот с силой ударился спиной о камни и рухнул на землю, на миг потеряв ориентацию.
— Ноксиан! — Мара закричала, безуспешно пытаясь перехватить контроль над водой. — Это же твой кузен! Твоя семья!
— Семья? — Ноксиан резко повернулся к ней, его голос дрожал от ярости. — Семья? Он — ничтожество, которое стояло на моём пути!
В его голосе слышалась не только злость, но и отчаяние.
— Всё должно было быть моим! Я должен был стать первым наследником! Ты понятия не имеешь, сколько лет я ждал, когда он наконец исчезнет! А ты… ты вмешалась! Ты всё испортила!
Мара попыталась создать щит, но он не успел сформироваться — вода с грохотом пробила защиту, отбросив её к скале. Она изо всех сил цеплялась за стену, пытаясь удержаться на месте.
Вода заполнила рот, нос, уши. Мара закашлялась, пытаясь вдохнуть, но ничего, кроме ледяной жидкости, не попадало в её лёгкие.
Ещё одна волна швырнула её о камень, и она почувствовала, как горячая кровь течёт по виску, смешиваясь с ледяной водой.
Это было идеальное время и место не только для проведения ритуала магии крови. Оно было идеальным ещё и для обезумевшего от злости мага с доминантой воды. Здесь его стихия гасила любой огонь, пробивала любые щиты, и безжалостно сносила любые камни, превращая их в оружие.
Мара пыталась вдохнуть, но вода продолжала проникать в лёгкие. Она ничего не видела и ничего не слышала, кроме рёва воды, которая трепала её, словно тряпичную куклу, снова и снова ударяя о камни. Она ничего не могла сделать, не могла защититься и защитить Дамиана и Веспериса. Все заклинания, все жесты вылетели из её головы, и осталась только одна мысль: «Это конец».
Вдруг всё прекратилось. Водоворот, поднимавшийся до самого потолка, с грохотом обрушился, с силой ударив её о землю в последний раз. Но затем всё стихло.
Мара, дрожа от холода и шока, с трудом поднялась под тяжестью мокрой одежды и опёрлась на руки, отчаянно кашляя и выплёвывая воду из лёгких. Внутри всё горело, а голова кружилась, но самое главное — она была жива. Сумев, наконец, вдохнуть она осмотрелась, и её взгляд упал на неподвижное тело Веспериса.
— Нет, нет, пожалуйста, не сейчас, не так… — прохрипела она, пересиливая боль, и, цепляясь за скользкий камень, подползла к нему.
Он лежал на спине, его лицо, покрытое царапинами и кровоподтёками, было бледным, а губы синими. На мгновение её охватила паника.
— Весперис! — закричала она, тряся его за плечо, но ответа не было.
Она обернулась, чтобы проверить Дамиана — он был в порядке и склонился, чтобы помочь Ноксиану.
«Думай! Думай!» — кричала она себе. Лёгкие Веспериса, должно быть, забиты водой. Она прижала дрожащие пальцы к его шее, чувствуя слабый, едва различимый пульс.
Её разум отчаянно искал решение.
«Вытащить воду… использовать магию…»
Но пальцы не слушались. Её трясло так сильно, что она едва ли могла колдовать.
«Если сделаю что-то не так, он умрёт», — промелькнуло в голове. «Нет, я должна…»
Вместо заклинания она склонилась над ним, закрыла его нос, прижалась ртом к его губам и с силой выдохнула. Грудь Веспериса поднялась, но он не отвечал. Мара снова наклонилась, повторяя попытки с отчаянной настойчивостью.
После третьего выдоха он резко поднялся и закашлял, выплёвывая воду.
— Мара… — хрипло произнёс он.
— Всё хорошо, ты жив, — пробормотала она, гладя его по мокрым волосам.
Но прежде чем она смогла перевести дух, её внимание привлёк другой звук. Мара обернулась и увидела Дамиана, всё ещё склонившегося над Ноксианом.
— Нет, нет, пожалуйста… нет, — повторял он, словно заклинание. Его руки дрожали, когда он пытался что-то сделать, но безрезультатно.
Оставив Веспериса приходить в себя, Мара подползла к Дамиану и села на колени рядом с ним.
