— Ты хочешь сказать… — начала она, медленно выговаривая каждое слово, словно не могла поверить в то, что собирается произнести. — Ты хочешь сказать, что мои родители… мои родители…
Дамиан не выдержал и громко расхохотался.
— Ну конечно! Ты думаешь, тебя аист принёс?
— О боже… Нет… Это неправда… Это… невозможно! — пробормотала она.
Дамиан уселся поудобнее, наслаждаясь моментом.
— Слушай, Мара, я тебе больше скажу. Абсолютно все люди, у которых есть дети, абсолютно точно это делали. И, скорее всего, не один раз.
— Нет… — доносилось из пледа. — Это же… это же безумие!
— Не только те, у кого есть дети, — не унимался он. — Все, кто был когда либо в браке. А может быть…
Он драматично понизил голос.
— Что? — поторопила она.
— Может быть… — продолжал нагнетать Дамиан, — Может быть, люди это делают, даже не будучи женатыми.
Мара решительно мотнула головой.
— Нет. Этого не может быть. Точно нет.
Дамиан рассмеялся снова и покачал головой.
— Ну, ты знаешь, Весперис тут прав. Вроде как считается, что это… неподобающе. Но… кто знает? Может, не все следуют этому правилу.
— Какой ужас… Как люди живут с этим знанием?! Это же везде! Это каждый! Как они могут это делать, и потом… потом просто ходить по улицам, словно ничего не произошло?
— Я тебя поздравляю, — бодро заявил он, — Ближайшие несколько дней, каждый раз, когда ты увидишь взрослого человека, ты будешь представлять, как он делает это.
Мара захныкала и завалилась на бок. Её голос, полный отчаяния, донёсся откуда-то из глубины подушек.
— Ты знаешь… Время, когда мы дружили, было лучшим временем в моей жизни.
Дамиан, который уже собирался отпустить очередную шутку, замер. На его лице отразился неподдельный страх.
— Что значит "было"? — спросил он с тревогой.
— Я больше не смогу смотреть тебе в глаза, — её голос дрожал, как будто она собиралась заплакать. — Или вообще разговаривать с тобой.
— Это глупо. Ты ведь это понимаешь, правда? — он прочистил горло, чтобы взять себя в руки. — Мы же… мы друзья. Это не может всё просто вот так закончиться.
Она чуть высунулась из своего кокона, чтобы взглянуть на него.
— А как, по-твоему, я смогу с тобой общаться, когда в моей голове теперь… — она замялась, не в силах договорить.
— В твоей голове теперь что? — перебил он, его голос звучал резко.
Мара открыла рот, чтобы ответить, но он предостерегающе поднял руку.
— Нет, подожди. Даже не отвечай, я скажу сам, — он глубоко вдохнул. — Мы с тобой вообще-то зашли куда дальше, чем всё, что описано в этой чёртовой книге.
Она недоумённо моргнула.
— Ты забыла, что мы друг на друге магию крови применяли? — продолжил он, понизив тон. — Это не просто "неподобающе", это незаконно. Аморально. Это настолько выходит за рамки "приличного", что большинство людей считают это абсолютно недопустимым.
Мара уставилась на него. Она совсем не ожидала такой реакции от Дамиана.
— Но… это же совсем другое, — пробормотала она.
— Правда? — Дамиан чуть подался вперёд, его голос звенел. — Я позволил тебе коснутся своей жизни. Буквально. Это ближе, чем всё, что есть в этой книжке. А теперь ты говоришь, что из-за какой-то ерунды больше не сможешь смотреть мне в глаза?
Она отвела взгляд, чувствуя, как её охватывает одновременно смущение, вина и что-то ещё, что она не могла определить.
— Дамиан… я…
— Нет, — перебил он. — Даже в шутку не смей так говорить.
Убедившись, что его слова достигли цели, он поднялся и направился к двери.
— Ты всё-таки очень странная, — сказал он напоследок, уже взявшись за ручку.
— Странная? — эхом отозвалась Мара. — Это с чего вдруг?
— А с того, — усмехнулся он, — что ты моментально загораешься интересом к любой тёмной, запрещённой магии, которую большинство людей считает богопротивной и греховной, а обычные вещи, которые делают все люди, вселяют в тебя ужас.
И Дамиан вышел, оставив её переваривать полученную информацию.
— Я хочу попробовать, — решительно заявил Дамиан.
— Ты уверен?
— Конечно, уверен. Разве тебе самой не любопытно?
— Любопытно… — нехотя призналась Мара.
— Ну вот, — подбодрил её он. — Мы не должны слепо верить всему, что написано в книге. Любые теории нужно проверять.
— Только если ты на самом деле этого хочешь. Это ведь тебе придётся… ну… делать всё.
— Я понимаю, на что соглашаюсь. Но мы должны установить правила. Первое правило: эксперимент начинается и заканчивается здесь, в этой комнате и не выходит за её пределы.
Мара с готовностью кивнула.
— Второе правило: мы всё заранее планируем. Ты не можешь заставлять меня делать то, что мы не обсуждали.
Мара снова кивнула.
— Третье правило: мы можем остановится в любой момент, если кто-то из нас почувствует себя некомфортно.
Мара кивнула в третий раз.
Дамиан с облегчением выдохнул и перестал, наконец, метаться по классу. Он остановился напротив неё и сложил руки на груди.
— Ну ладно, — сказал он, внимательно глядя на подругу. — А теперь расскажи ещё раз, как это работает.