Их название снизошло на меня озарением, как нисходило на всякого, кто имел достаточно развитую характеристику интеллекта чтобы «видеть» имена тех или иных чудовищ. Мне противостояли Иллис' Мандир, красные стражи демонической паутины.
Разжигая руну Иллюминус я рванулся навстречу.
Ошеломлённые демоны завизжали и зашипели, отскакивая от обжигающего света. Красные лучи исторгнутой пауками энергии высекли целые снопа искр из развёрнутого на их пути щита, а затем крест нашёл свою первую добычу.
Рассечённый на две половины одержимый покатился по грязному полу.
Особо хитрая тварь сумела обойти меня со спины и в прыжке преодолела разделяющее нас расстояние приземляясь на плечи. Острые когти заскребли по латам ища уязвимые точки, но подняв сверкающую светом руку я ошпарил одержимого и заставил свалиться наземь, чтобы мощнейшим пинком отбросить в сторону и сорваться с места избегая новых попаданий красной энергии.
Следующей жертвой стал один из красных стражей.
Крест отсёк ему лапы и пронёсся сквозь тело, завершая рывок я крутанулся юлой и добавил к удару мечом мощнейший толчок надгробием. Паук отлетел, разбрызгивая из лопнувшего брюха опаляющие блики магии.
От последующего за этим ударом взрыва заложило уши.
Ошмётки плоти и всполохи убийственной магии разлетелись по всему залу калеча одержимых и оставляя бреши в багровой паутине. Я двигался от одного противника к другому излюбленным рывковым приёмом, выбирая максимально эффективные углы атаки. Разил противников, позволяя волшебному мечу восстанавливать силы моему аватару. И уходил раньше, чем на меня обрушивались багровые лучи или когти безумцев.
Иллис’Мандир были разумны и сделали из смерти сородича выводы. Разорвав дистанцию, они перемещались по потоку и стенам, используя крепкую паутину и приспособленные для подобных передвижений лапы. Но продолжающая сверкать в моей руке Иллюминус с одинаковой эффективностью плавила как хитин их панцирей, так и паутину у них под лапами.
Разгром противников был делом времени. Уничтожая одержимых и перемещаясь по всему периметру зала вокруг останков гигантского паука, я подловил ещё одного Иллис’Мандира и новый взрыв принёс на своём хвосте ещё больше разрушений. Часть коконов лопнула, вываливая на пол полупереваренные останки заключённых внутри существ.
Произошедшее запустило цепную реакцию. Паутина запульсировала сильнее прежнего и под оглушительный ментальный крик центральный кокон взорвался, рождая физическое воплощение хозяйки этого места, багровой королевы. Я спасся от опаляющей волны, укрывшись за развёрнутым надгробием, но из моего носа всё равно брызнула кровь, а ноги стали ватными от сильнейшего ментального воздействия.
Забавно. Это снова ты… надоедливый кусок мяса, облачённый в новую металлическую оболочку. Сегодня ты станешь ключом от темницы, в которой мне пришлось укрыться.
Демоница вырастила в коконе гуманоидное тело, покрытую хитином клешню, венчающую одну из рук, и выпуклую, покрытую многочисленными глазами, голову. Доступная ей психическая сила была так велика, что мелкий мусор приподнялся над землёй, когда остатки багровой, пульсирующей паутины, были притянуты к её спине и сформировали два рваных крыла.
На моей памяти эта форма была уже третьей. Первая, могла оперировать энергиями багрового колодца, но продержалась слишком мало чтобы продемонстрировать моему отряду свою силу. Вторая, жуткая помесь огромного паука и тёмного эльфа была в равной степени сильна и одарена магическими способностями.
Теперь же мне противостояла ловкость и псионика. Жуткий багровый хлыст в гуманоидной руке, сила мысли и крепкая клешня, способная ударить в сочленения доспехов и оторвать конечность.
Видя внутреннюю суть её аватара и веер способностей, я даже не помышлял о лобовом столкновении. Психокинетический щит, мерцающий едва видимым куполом вокруг гибкой, багровой фигуры, отталкивал любое физическое воздействие и искажал направленную магию, в то время как мой аватар был вынужден избегать прямого взгляда. Ведь психокинетик, стоит ему только завладеть чужим вниманием, тут же получит многочисленные бонусы к психическим воздействиям на свою жертву.
Не желая тратить остатки энергии на бесполезную в текущих условиях руну света, я потушил её и рванулся за труп массивного паука, спасаясь от многочисленных и острых каменных обломков, вырванных из пола и брошенных в меня силой мысли. Снаряды с визгом пронеслись мимо и в моём разуме поселился чужой смех.
Я разгадал замысел покровительницы пауков. Она выдала себя первой же фразой. Хотела, чтобы я убил её физическую оболочку и изгнал тем самым дух. Сражалась для вида, скорее играясь, чем пытаясь меня убить.
И всё ради того, чтобы покинуть клетку.
Огибая гору хитина и плоти, я встретил на своём пути одержимого и обменявшись с ним ударами оставил его без лапы. Нарочно не став добивать своего противника, я позволил ему отпрыгнуть куда-то к стене и услышал, как на останки гигантского паука за моим плечом, приземлилась красная королева.
