Бравого бахрейца ранили к бедро, но сейчас приняв лекарство от Майдороша, лекаря, которого привел Сайдуш, Слай почти не морщился от боли при разговоре. У него были черты лица напоминавшие Моране об Артоне. Вспомнив беспечного иллина, она вспомнила и Анго.
- Не думал, не гадал увидеть Кайоссу Морану в родном граде, – добавил он. – Я слышал от Джента, что Кайосса сложила свою бравую голову на поле брани у Брагинских владений. И сейчас мне особливо хочется спросить вас, миледи, как же так получилось, что вы не можете убедить нареченную судьбу сдать оружие во благо мира?
Хотелось бы Моране и самой узнать ответ на этот вопрос.
- Ежели я бы знала, что моя нареченная готовит битву против своего же народа, я была бы здесь еще две годницы назад. Но, сталось так, что мне надлежало быть в другом месте и все, что здесь происходило, я знаю лишь по рассказам Конгора и Норлана.
Лучник вздохнул, доставая бурый кремень и самокрутку.
- Норлан? Этот тот, что брат Азата Ог-Зерра? Хороший малый был.
Моране не понравился ход его мыслей. Тела друга она не видела, голову – тоже. Значит может статься что жив он и здоров.
- Давай, не будет хоронить никого заранее, – сказала она. – Гуйтана стала хорошим воином, но и Норлан не в миске с молоком родился (здесь это выражение означает, что «Норлан хороший войн, а не фермер» – примечание автора).
- Прошу прощения, если наговорил не доброго – сказывал тем временем, Спаноу. – Это я не с худа. Не желаю что бы вы ждали напрасно.
Вот уж о ком, как о мертвом не хотелось думать, так это о друге, который не желал быть таким. И снова мысли с мнимой погибели Норлана перетекли в иное, более странное русло. Анго уже должно быть и не вспоминает о ней, сложилась у нее жизнь и нет Кайоссе места в этой жизни.
Добро, если так. А если нет?
По-прежнему на улице продолжало холодать. Скоро поди и зима в свои права вступит, тогда совсем сотрутся все границы ее печали, ибо некогда будет. А сейчас каменный холод продирал насквозь пустую душу, в которой теперь даже искорке не выжить.
====== Часть пятая. В связке. ======
1.
Дорога на Волостраж по некоторым слухам от наместников, могла составить больше пяти дниц. Особенно если Саврасово море станет гневаться, и к порту Гайсент будет не подойти на судне. Тогда придется плыть на лодке, потому как вплавь к концу месяца вересень можно замерзнуть насмерть.
Анэка хорошо переносила путешествие по воде к дальним странам, равно как и остальные. А вот Хайдаду пришлось нелегко. Пришлось Циане проявить свое мастерство. К тому же она всегда в дороге что-то собирала, пока они шли к порту, с которого отправились на далекий Волостраж. Иллинка не интересовалась, а сама вепска никогда не навязывала ей свои разговоры о травах. Но сейчас эти травы, спасали желудок не только Хайдаду, но и Фоггу.
- Слабаки! – прошептал Хайгосновец, поравнявшись с Анэкой на корме судна. – На кой черт тащим их за собой?
Иллинка всегда удивлялась тому, как лучник любил бывать один. Он был готов мириться с Цианой, ибо видывал, что она умеет, но насчет Фогга и Хайдада был несправедливо строг.
- Может, сгодятся на Волостраже, – ответствовала Анэка. – Не доброе место, беспокойное.
- Будут обузой, – упрямо повторял лучник. – Фогг сносно владеет мечом, а его брат вообще сражаться не умеет. – Даггс остановит «Войтанг» на преливочной косе, что в ста пятидесяти зири (примерно 800 км – прим. авт.) от Волостража. Есть смысл их оставить и дальше без них, – размышлял Хайгосновец, глядя в даль, где за синеватой дымкой виднелись Бельские острова, которых нет ни на одной карте.
- А ты не думаешь, что тоже обуза нам? – живо встряла в разговор Циана, обращая на себя внимание лучника. – Ишь какой, решать за всех, что надо, а что нет!
Хайгосновец молчал, но осмелился таки посмотреть в глаза сперва лекарю, затем Анго. Ничего не было сказано в ответ, но по тяжелому глубокому вздоху, стало ясно, что лучник примирился. Надолго ли? Анэка все же опасалась, что он не ровен час может не оборонять Хайдада и вообще на штык его толкнуть, что в бою легко сделать.
Когда Хайгосновец ушел в каюту, Циана сказала:
- Не добрый малый. Поди доставит хлопот.
С этим Анэка готова была согласиться, но что-то внутри говорило, что Хайгосновец, Фогг и Хайдад пригодятся на Волостраже, или даже после него.
