Какое-то время они молча рассматривали узоры на сутулом работнике маяка. Не смотря на то, что ночь была темная и звезды на небе скрывали поджарые тучи, два факела освещали ладно сколоченный деревянный причал, на котором спиной к кораблю восседал на большой бочке чернокожий человек. На его тулупе сзади были вышиты интересные письмена, которые походили на шуверские, но все же очень замысловатые, витееватые и какие-то странные. Анэка никогда не видела ничего подобного, хотя за три годницы путешествий повидала немало диковинных штук.
- Похоже на фахтейские письмена, – подал голос Фогг, который тоже с интересом рассматривал тоже что и иллинка.
Про фахтейские письмена Анэка даже не слыхала.
- То есть, мифические?
- Нет, – снова прошептал Фогг, протерев глаза, которые явно устали вглядываться в темные знаки на тулупе чужеземца. – Фахтейские острова существуют на другом конце света. Читал о них у Миргила-летописца, в книге про «Походы за край света».
- Веришь? – любопытствовала Анэка.
- Верю, – серьезно отозвался Фогг.
Иллинка вновь отодвинулась, и едва не задела какую-то бадью, с чем-то тяжелым внутри.
- Вы чего тут позабыли? – раздался слева грозный голос помощника Даггса, бравого махинца – Цамре. – Ну-ка брысь по каютам, через три четверти хорра отчаливаем!
2.
- Не думаешь, что это может быть колдовство? – живо интересовалась Ярона, когда Морана заглянула к ней на оладушки в утренний час.
Как-то не верила Кайосса в колдовство. Ей часто в пути встречались шуверы, которых многие считали колдунами и целителями, но они несли в этот мир чистую, светлую и благородную магию. Исцеляли, лечили или просто облегчали страдания. Но никогда Морана не встречала черной магии. Тем не менее, Ярона именно о ней говорила.
- В чем нужда кому-то заниматься здесь нечистивой магией?
С тех пор, как Кайосса прибыла в город, двери Яроны постоянно были для нее открыты. Иногда со стороны женщины чувствовалась даже страстная опека, которая часто в прошлом раздражала вепску. Сейчас же оно все воспринималось по-другому, как-то более спокойно. Они водили дружбу с Яроной давно, и сейчас уже можно было сказать, что первой кому Морана доверит что-то важно будет именно Ярона.
Но иногда подобная опека вызывала двоякие чувства. К тому же в прошлом народ часто шептался по углам об их нечистивой связи, которая, впрочем была лишь выдумкой. Во всяком случае со стороны Мораны чувства были лишь дружеские.
- Когда в королевстве раскол, всегда найдутся те, кто захочет этим воспользоваться, – молвила Ярона, попивая козье молоко из глиняной крынки.
- Пользоваться расколом можно и без магии, – попыталась возразить Морана.
- А то! Но куда лучше, если тылы прикрыты тем, в чем другие не смыслят – продолжала женщина. – Ты вот в магии ничего не смыслишь, я – тоже, как и большинство. Многие считают ее вымыслом, но это далеко не так. И отступать от этой мысли нам никак нельзя, ведь может оказаться, что именно то, что мы упустили, будет решающим в нашей судьбе и судьбе будущего кнесса.
Гладко стелила Ярона своим чисто вепским говором. Сразу было видно, что в государственных делах она поднаторела сильно, не в пример самой Кайоссе, которая малость позабыла, как это жить при дворе и собирать войска на войну.
- Какой толк об этом думать, ежели мы с тобой в этом профаны, – махнула рукой Морана. – Нам надо думать, как оборонять Королевство, если придут браги, хазары и боги еще знаю кто. Надо народ поднимать, а как? Конгор еще мальчишка, к тому же у него нет здесь власти, нет силы.
- У тебя ее тоже нет, – добавила со знанием дела Ярона. – Но ты ловко собрала людей, и мы отбили отряд хазаров. А хазары очень любят возвращаться, чтобы доводить свои дела до конца. А значит, кому-то придется возглавлять строй, и думаю, что это будешь ты. Ведь больше не кому, Маура!
Да, Ярона была права. Морана вокруг себя видела лишь подобие армии. Все, кого она успела собрать для отражения атаки хазаров, были ни чуть не войны. Некоторые даже не знали как держать оружие в руках. И Конгор, который не умел сражаться, зато будущее, которое он зрил – сбывалось.
Утро выдалось солнечным и непривычно теплым. Причем тепло это было весьма удивительным для такого времени года, кое было можно наблюдать за бортом «Войтанга».
- Забыл поведать непосвященным, – громко оповестил Даггс. – Климат Волостража за последние пять-шесть годниц сильно поменялся, стал более влажным и теплым. Поэтому советую опасаться не только вражеских штыков и стрел, но и мошкары, которая хоть и мала, но кусает очень сильно и больно.
Анэке подумалось, что предупредить можно было и вчера, когда они отчаливали от Бельских островов. Но тогда видать, было не до этого.
- Не серчай, дружина! – обратилась Циана, ко всем стоящем на корме, и смотрящим на неспешно приближающиеся владения кварков. – У меня есть хорошая настойка против мошкары, ни одна зараза не пристанет.
