Наверное Анэка в силу своей доброй натуры и иллинских корней всегда верила в хорошую сторону людей, но сейчас ее вера могла сильно отразиться на всех, кто путешествовал с ней.
В небольшой каморке трюма, где разместились было ее друзья, Наира захватила в плен Хайдада. Этого полноватого, иногда неуклюжего парня, который был больше философом, чем воином. И который помогал Наире больше, чем кто либо.
Неуверенной рукой Наира держала нож у горла Хайдада и требовала чтобы ее высадили в ближайшем порту, иначе она убьет заложника. Несмотря на то, что Циана заверяла что настойка будет действовать до самого Магар-Долла, видимо ее действию не хватило силы. Вряд ли Анго могла кого-то в этом обвинить, хотя в первые минуты ей этого очень хотелось.
- Чего ты хочешь от нас?
- Висадить мине на сушу, инакше я всих вас пририже як порося! Швидко!
- Этому не бывать! – резко повысила голос Анго. – Хочешь калечить, покалечь меня. Оставь в покое того, кто о тебе заботился весь этот поход, хотя всех этих сил ты явно не стоишь.
- Чи не тобе судиты, не товоя рабыня.
- Конечно нет, – ответствовала Анго. – Я просто выполняю свой долг перед твоей сестрой. А люди, которых ты калечишь, никакого отношения к этому долгу не имеют. Так что тибе сбирать, Наира!
Анэка почувствовала, как Фогг позади нее тихо и медленно обнажил охотничий нож. Еще немного и обстановка могла раскалиться красными углями настолько, что решить ее без пролития крови не удастся.
- Вот как мы поступим, – вздохнув сказала Анэка. – Я буду твоим заложником, вместо Хайдада. И мы решим все между собой. Ежели нет, ты не сойдешь с этого судна живой. Обещаю тебе. Ежели кто-то другой пострадает от твоего ножа, живой ты не уйдешь. Выбирай!
- Как то скоро старейшины приняли решение, – с сомнениями говорила Морана с Гооси.
Старец пригладил редкую белую бороду и ответствовал:
- Они понимают, что в этой войне Конгор может не выжить. А раз так, не будет резона никому ничего менять. Вы, миледи, можете это рассматривать как вызов. Конгору же невдомек, что он может погибнуть там, куда вы идете. Он хоть и непризнанный, но царь. А двух царей не может быть на одном троне. Ежели вы даже осуществите ваш рисковый план, это не значит, что Гуйтана оставит в живых малолетнего царя, который может подкорректировать ее планы, ибо является прямым наследником, а она – нет. Старейшины народ дальновидный и просвещенный, им надобно смотреть далеко вперед, чтобы быть уверенным – устои не нарушаться и ничего не нарушит их. Конгор просил вызов этим устоям, сейчас его жизнь не в его руках, и даже не в ваших, а в руках Гуйтаны. Ежели она прикажет его убить, вы миледи, ничего не сможете с этим поделать. А у старейшин будет повод продолжить традиции, которым много лет.
Морана покачала головой. Она знала, что риск всегда есть и будет. Но чтобы такой вариант, гибели нечестивца, чтобы только традицию соблюсти как надо. Хотя, что можно было другого ждать от старейшин. Вот ежели бы Вилрейн хоть как-то подмогла, но вряд ли сенайка станет вмешиваться в то, что ее не касается.
- Будьте осторожны, – продолжал тем временем Гооси. – Многие могут понять ваш план превратно, и тогда это будет не просто поражение, не просто уступка сильнейшему, это будет крах Самси. Крах устоев. Гуйтана не оставит жизнь ни единому старейшину, если устранит царя.
- Она может сыграть и по-другому, – возразила Морана, считая, что она немного знает Гуйтану. – Она может захотеть, с его помощью взобраться на трон кнеса, а его сделать “подданным” ее величества. Это вполне в ее стиле последних лет. Самое главное для нас – сохранить не честь, а людей. И голову на плечах. Мы будем в стане врага и сможем найти уязвимое место в его чреве.
- Как бы уязвимым местом не были вы сами, – усмехнулся Гооси. – Кого-то придется принести в жертву этому плану. И я не удивлюсь, если это будет возлюбленный Конгора – Кронго. Если вы будете жить в стене врага, за вами постоянно будут наблюдать и не дадут шагу сделать без наблюдателя. Ежели Конгор оплошает и раскроет своего Кронго, вы все погибнете. Тебе надо донести это до светлой головы Конгора, иначе весь план провалиться.
- Добро! – улыбнулась Кайосса, хотя улыбка ее вышла натужной и ей поскорее хотелось завершить этот тяжкий разговор и отправится в опочевальню, думать, как им не напортачить во чреве банды Гуйтаны.
3.
В каюте было зябко и хотя Фогг с Цианой были против обмена Хайдада на Анэку, последняя настояла на том. Анго понимала, что им с Наирой нужно разобраться сейчас, иначе несносная девица кого-то покалечит.
- Поговорим? – положила Анэка перед Наирой трехольтский меч, чтобы та не думала ничего такого.
- Об чем? – на хорошем вепском произнесла Наира.
Анэке подумалось, что она нарочно претворялась, что не знает язык вепсов хорошо. Защищала себя, а може и Элезию. Кто бы знал.
- О том, как нам быть. К примеру, отчего такое неуважение к людям, которые тебе ничего не сделали. Мало того, везут тебя домой, к семье?
- У меня нет семьи, – сухо ответила Наира.
