Там стояло несколько человек возле небольшого шатра. По роду явно не местные, вроде борхи и махинцы. Они рассматривали товар, забыв о том, что здесь всегда надо держать ухо востро. Один рослый махинец, явно более других заинтересованный в ковре, который ему предлагался, забыл про свой небольшой кожаный мешок, и расплата не заставила себя долго ждать. Худой, грязный мальчонка, которому едва ли десять лет от роду, подбежал к кожаному мешку, выхватил оттуда что-то и стремглав скрылся в разношерстной толпе, до того, как обкраденный им махинец успел заметить хоть что-то.
Едва они подошли к каменным воротам прорубленным прямо в скале, к ним навстречу вышел худой рослый страж, в сопровождении двух среднего роста магаров. Мужчина был одет по роду шуверов, в балахон до пят, повязанный синем кушаком, за которым торчал нож с резной ручкой. На голове серо-коричневый тюрбан. Лицо смуглое и серьезное.
Он зорко осмотрел всех присутствующих перед ним и протянул ладонь, на которой лежала неровная бляха с печатью Магар-Дола. Видимо, ее следовало взять, чтобы она была пропуском в покои Джента.
Страж поклонился и изрек, давая им пройти.
- Прямо до упора и направо, царь Джент уже ожидает вас.
Все пятеро вошли под своды пещеры и скрылись в огромном просторном холле, который поворачивал в две стороны. Но друзья свернули именно вправо, как и сказал страж. Справа оказался менее просторная комната с высоким потолком, в центре которой располагался длинный стол, со стульями на которых сидели какие-то люди, а вокруг них лежали магары. Один тут же заметив их, вскочил на маститые лапы и зарычал.
Джент, который сидел во главе стола, тут же поднял голову и его лицо просияло. Он тут же поднялся, заставляя говорящих за столом замолчать и направился к ним, по пути махнув магару, чтобы перестал рычать. И тот замолчав, присел наблюдая.
- Анго, я полагаю, – протянул он крепкую руку. – Добро пожаловать в Магар-Дол, друзья!
Анэка пожала ему руку, коротко поклонившись перед кнесом. И заметила краем глаза, как магары зорко следившие за каждым жестом кнеса, сразу успокоились.
- Джент, это мои друзья. Не разрешите ли вы нам перезимовать в вашей обители, может мы для чего сгодимся за это время вам? – Анэка проявила уважение, и начала разговор именно с того, что могли же они помочь.
- Добро! – улыбнулся Джент. – Я ждал именно вас. И хорошо, что с вами друзья, я распоряжусь сейчас же приготовить вам комнаты. А после отдыха поговорим.
- Благодарствую, – поклонилась Анэка. – Нам бы лекаря, с нами раненная, – кивнула она на Элезию.
- Джент кивнул кому-то из сидящих за столом, тот поднялся и подошел к ним. Коренастый мужчина, с горбинкой на носу, не иначе борх. У него были живые глаза, но усталый взгляд.
- Минакс, скажи своим людям в лекарне, что нужно оказать помощь всем тем, кто стоит пред нами. Освобождаю тебя и твоих людей на это время от наших вече, помоги поставить на ноги друзей.
- Добро! – кивнул Минакс.
- Будьте как дома, друзья! – добавил Джент, и тут же громко приказал: – Софор, приготовь комнаты нашим гостям, да поскорее.
Это было очень приятно, что не смотря на все, друзей Анэки тоже ждут комнаты, им не придется ютиться в каморках, где по пятнадцать человек на одну лежанку.
2.
Утро в Самси выдалось пасмурным и холодным. Да и ветер, хоть и дул с юга, не нес ничего, кроме зябкости и сырости. Медленно, но верно в страну вепсов приближалась зуя (с вепского – зима).
Лагерь сторонников Гуйтаны располагался на берегу озера Пиур, которое считалось у вепсов священным. Здесь стоял небольшой городец, называемый Оостраго. В переводе с вепского это означало «защита водой». От Самси озеро находилось на том же самом расстоянии, что и порт Нокс в другую сторону, что и до Лоронта – земель яглычей. Выходило, что Самси защищен со всех сторон. Точнее, так было ранее. Тепереча, можно было рассуждать, что эта защита могла обернуться против самих жителей Самси и против молодого кнесса – Конгора Морконского II.
Морану и Конгора вывели из шатра на рассвете. На небольшом каменном уступе, на берегу Пиура собралось несколько человек, чтобы присутствовать при боевом крещении, своеобразной клятве присоединения к войску «Ялло Гуйта», что с древне-вепского означало «Войны ярости и света». Среди них Морана заметила знаменитого отступника-борха Вайлгора Тангрева, а так же сколота и не менее опасного каторжника Багга Майсабра, которого разыскивали хогдары за восстание в Сандаре. А так же среди всех этих высоких и плечистых не чистых на руку воинов, был и тот, кого Морана уж никак не думала тут встретить, особенно зная о том, что этот челвоек должен давно в земле лежать. Вепска понимала, что либо Артон тогда не умер, либо его воскресили и это уже не совсем Артон Горст. Кто это такой, Морана дала себе слово разобраться тогда, когда они покончат с ритуалами. Намедни, конечно же. Но позже.
- Пора! – вышла из своего шатра Гуйтана и стоявшие подле войны-охранники, привели Гооси, и поставили его на колени перед Мораной и Конгором. – Вы решили, кто из вас сделает это? – обратилась Гутана к ним.
