Я кивнула.
Он посмотрел мне прямо в глаза.
– Я помогу.
– Да не надо…
– Я хочу помочь.
– Рей, правда…
– Я не лентяй, – отрезал он. – Я помогу.
Я окинула его взглядом; перед глазами на мгновение мелькнули добрые двадцать сантиметров в его штанах, и мне пришлось вспоминать, о чем мы только что разговаривали.
– Ну ладно, раз ты так хочешь.
Потому что серьезно… Он едва ли стриг газон в собственном доме, но жаждал помочь с лужайкой отца? Да пожалуйста. Я была упрямой, но не настолько глупой, чтобы отказываться от помощи.
Несколько минут спустя мы уже были на улице, и Култи помогал мне вытащить из гаража древнюю папину газонокосилку, – новую он забрал на работу, – а заодно запасной грунторез и триммер.
– Чем займешься? – спросила я, разложив оборудование на подъездной дорожке.
Он пожал плечами и с интересом посмотрел на косилку.
Готова поспорить на что угодно, что он уже лет двадцать не стриг газоны, если вообще когда-нибудь этим занимался. Сам ведь вчера ночью сказал, что практически не видел семью после поступления в футбольную академию. Да даже когда жил с ними – вряд ли у футбольного гения нашлось бы время на дела по дому.
Мне так и хотелось сказать, что сделаю все сама, но я не стала. Не смогла.
Он поехал со мной в Сан-Антонио, потому что ему «все равно больше нечего делать». И предложил помочь наверняка по той же причине. Бедняге скучно и одиноко. Друзей, подозреваю, у него нет, с семьей он практически не общался, и вместе это складывалось в печальную картину. Хотелось помочь ему, вовлечь в какие-то повседневные дела, дать возможность немного освоиться в жизни.
Как же поступить лучше всего?
– Тогда коси, а я подрежу кромку и займусь сорняками, – сказала я, стараясь не смотреть на него с жалостью. – Устроит?
Он кивнул, обхватив длинными пальцами рукоять газонокосилки.
Я вручила ему пару одноразовых берушей и защитные очки, а потом улыбнулась – ободряюще, но не слишком. Оставалось молиться, что он ничего себе не отрежет.
Райнеру Култи потребовался час, чтобы постричь газон перед домом и за ним. Ему пришлось пройтись дважды, чтобы подправить неровности, и один раз он чуть не убил двигатель, потому что не вытряхнул травосборник. Но тут я сама виновата – забыла объяснить, для чего это нужно. Он делал все сам, не задавая вопросов, и я тоже не лезла с советами.
Под конец он ходил с таким гордым видом, что я чуть не расплакалась. Ощутила себя мамой, отдающей малыша в детский сад, ей богу.
Я похлопала его по спине, оставив при себе «какой ты у меня умничка», и пошла убирать инструменты обратно в гараж.
В его глазах снова появилось то выражение. С таким же он смотрел на газонокосилку.
– Ты хоть раз был в торговых центрах? – спросила я, когда мы миновали стеклянные двери.
Култи озирался, не оставляя без внимания ни единого магазина. Его голову прикрывала низко натянутая мешковатая шапочка, а сам он предусмотрительно надел рубашку с длинными рукавами, которая с виду стоила больше, чем весь мой наряд, вместе взятый. Мы решили, что с покрытой головой и спрятанной татуировкой его никто не узнает.
По крайней мере, я на это надеялась. Очень надеялась. Толпа безумных фанатов, дорвавшихся до него, снилась мне в кошмарах.
– Да, был, – пробормотал он.
– «Галерея» не считается, – сказала я, вспомнив про огромный торговый центр в Хьюстоне с кучей дизайнерских магазинов.
Он посмотрел на меня своими прекрасными ясными глазами.
– Да был я в торговых центрах, – заверил он. – Просто давно.
Я застонала и толкнула его локтем, а он в ответ слегка улыбнулся.
– Только не укради ничего, а то в участок я за тобой не поеду.
– Хорошо, шнекке.
– Вот и отлично. – Я схватила его за запястье и потянула в сторону нужного ряда.
Немец разглядывал все витрины, попадавшиеся нам на пути, пока я не нашла то, что искала: небольшой массажный салон, расположенный прямо в проходе, куда папа любил заглядывать при каждом удобном случае.
– Подожди, я быстренько куплю подарочный сертификат, – сказала я, остановившись у стойки. Култи кивнул, глядя на массажиста, разминающего какой-то женщине плечи. Расплатившись, я подошла к нему. – Хочешь?
Он помотал головой.
– Точно?
Он кивнул.
– Куда дальше?
– За кроссовками. – Я указала на магазин неподалеку. – Он их никогда не покупает, поэтому нам приходится дарить, иначе он так и будет ходить в одних и тех же, пока они окончательно не развалятся.
Кажется, в ответ на мои слова он даже слегка улыбнулся, и мы вместе пошли в магазин. Я прекрасно знала, что мне там нужно, хотя предпочла бы разобраться с покупкой без Култи.
Пока тот изучал выставочные ряды, к нам подошел молодой консультант.
– Могу чем-то помочь? – спросил он, разглядывая меня с интересом, причем явно излишним, учитывая, что я старше его лет на десять.
Я указала на нужную мне пару, стараясь держаться к немцу спиной.
– Сорок второй, пожалуйста.
Консультант одобрительно кивнул.
– Десятые RK в черном цвете?
Я ощетинилась: обязательно было озвучивать?
– Да, пожалуйста.
– У нас сейчас распродажа на женские десятки Култи, – предложил он, указывая на обувь в противоположном конце магазина.
