– Ну, давай! – задиристо отозвалась женщина и наклонилась, повернувшись к нему задом и явив его взору все свои прелести.
Патрончик вскочил и жадно набросился на смилостивившуюся одалиску.
«Ох, не к добру это», – подумал я, глядя на них.
«Ох, не к добру», – подумал я еще раз, заметив, как другая одалиска пропустила тонкий жгут между Патрончиком и употребляемой им женщиной, сделала петлю и затянула ее у основания мужского достоинства майора.
– Эй, девочка, – окликнул я Свету, – даже если этот туман для тебя не опасен, ты же не собираешься остаться здесь одна с пьяным духом Искандурова и его косматыми мужланами!
– Ты прав, конечно, – тяжело вздохнула она. – Я пойду с тобой.
– Пойдем-пойдем! Вот только Патрончика надо как-то оторвать от этой лярвы.
Я приблизился к нему и потянул его за плечо.
– Майор, нам пора возвращаться!
В ответ он свирепо зарычал и вдавил свои пальцы в зад женщины с такой силой, что из-под них проступила кровь.
– Эй! Эй! – вдруг услышали мы. – Скорей сюда!
Это кричал Воронков. Случилось, видимо, что-то такое, что заставило его забыть о баталии с Искандуровым.
– Наверно, туман добрался до его змеев, – высказал я свою догадку, и мы со Светой поспешили к нему навстречу.
Но то, что произошло, было намного страшнее, нежели гибель всех Гошиных гадов вместе взятых. Оказалось, что марево захватило наши колодцы.
– Я чувствую, что без помощи Дьявола нам не обойтись. Скорей бы он возвращался от этого Харона! – произнес я, а затем матерно выругался в отчаянии.
– Стойте! – воскликнула девушка, хотя никто никуда бежать не собирался. – Еще не все потеряно. Смотрите, вон они.
Приглядевшись, мы различили сквозь клубящуюся толщу четыре столпа света – один розовый и три синих.
– Ха-ха! Все тут будем! – потешался над нами пьяный дух Искандурова, на долю которого колодца не полагалось.
– Итак, остается только пройти туда и прыгнуть вниз, – провозгласил Воронков, не обратив внимания на зубоскальство своего недруга.
– Кто будет первым? – с дрожью в голосе спросила Света.
– Давайте бросим жребий, – неуверенно предложил Гоша.
– Не надо, – неожиданно для самого себя услышал я свой собственный голос. – Я опущу туда свою правую руку, посмотрим, что из этого получится.
– Сцеволка ты наш, – с глумливым умилением откликнулся пьяный дух Искандурова.
Я глубоко вдохнул, шумно выдохнул и подошел вплотную к клубящемуся туману. Я остановился у самой кромки, поднял правую руку, но кто-то потянул меня за плечо. Обернувшись, я увидел Свету. Она смотрела на меня и то открывала, то закрывала рот, не решаясь что-то сказать.
– Непонятно, почему тебе так хочется, чтобы я сунул туда свой член?! Можно подумать, что он тебе так докучал! Кроме того, стоило ли мне возвращаться сюда, чтобы теперь пожертвовать им?! – ответил я разом на все ее возможные заявления.
– Да нет, ты не понял, – произнесла она и потупила глаза. – Я просто хочу сказать, что ты самый лучший мужчина, которого я только видела. Хоть ты и переломал мне все ребра.
– Девочка ты моя, – расчувствовавшись, я обнял ее и прижал к себе.
– Правда, ты самый лучший, – повторила девушка.
– Ладно-ладно, – ответил я. – Ты сейчас говоришь так, как будто мы расстаемся и насовсем. Ты не думай. Даже если я потеряю руку, целиком я туда не кинусь. Ну – все.
Я отстранил от себя девушку, повернулся лицом к туману и поднял правую руку.
– Саша! – окликнула меня Света.
– Ну что еще?
– Ты, что, левша?
– Нет.
– Тогда лучше уж левой рукой. И так, знаешь, мизинчиком, самым кончиком, как будто горячий чай пробуешь.
– А ты всегда чай мизинчиком пробуешь? – спросил я, поднимая левую руку.
В небе разразился оглушительный гром, засверкали молнии и на землю сошел Сатана.
– Что же вы делаете?! Держите же форму! – закричал он.
– Какую еще форму? – вырвалось хором у нас со Светланой.
– Это же хаос! Вы должны придать ему какую-то форму… – успел произнести Люцифер.
Мимо него с криком: «Я больше не могу! Оставьте меня, бесовское отродье!» – промчался Патрончик, а преследовавшие его разъяренные женщины повалили нашего друга, простите, Врага на землю и прошлись по нему табуном. Облегченно вздохнув – как-никак благодаря вмешательству Дьявола можно было, по меньшей мере, отложить на время свершение сцеволического подвига, я отошел от границы, отделявшей Зло от Хаоса, и направился к Черту, на ходу наблюдая, как зеленоволосая одалиска дернула жгут, майор, взвыв от боли, упал, а весь его гарем навалился сверху. Женщины в два счета распластали грешника, и какая-то счастливица оседлала его конек.
– Помогите! – вопил Патрончик. – Мужики, на помощь!
– Ну-с, я могу продолжать?! – осведомился изрядно помятый Сатана, и мы стыдливо отвели взоры от похабного зрелища.
– Вы должны придать ему форму, иначе вы все погибнете! – продолжал наш Враг.
– Опять мы чего-то должны! Да пошел ты в задницу! – выругался я.
А полтергейст Воронков спросил:
– Но как это сделать?
– Мысленно! Мысленно, разрази меня Жорик! – выкрикнул Люцифер.
– Да пошел ты в задницу! – повторил я.
Но он расправил крылья, поднялся в воздух и скрылся за тучами.