— Брр. Серн, не ерошь их. Гладь правильно. Нет, они мне абсолютно не мешают. Не обижайся рыжик, но давай, поспим немного. Я за последнее время прилично вымотался, как морально, так и физически. Необходимо передохнуть.
Перевернувшись на бок, я накрыл нас вторым крылом, поправляя выбившиеся из косы огненные пряди, контрастирующие с белыми перьями.
— Ух, мягкие, — прошептал он, зарываясь лицом в пух. — Тепло.
— Спи, — чмокнул в кончик носа, умилено жмурящееся «солнышко». — Утром предупрежу Астора, что ты переселяешься ко мне. Если его сейчас позвать, загрузит лишней информацией, а у меня мозг не фурычит.
«Я все слышу», — пришел ехидный смешок.
«Кто бы сомневался.»
— К-к тебе? — опешил Серн, распахнув свои бирюзовые глазища.
— Ты хотел остаться со мной? — зевнул я.
— Хотел.
— Какие еще могут быть вопросы? Я хочу, чтобы ты жил здесь. Мне никогда не нравились эти приходяще-уходящие поползновения. Для официальной части, завтра заключим новый контракт. Стоп, — прижал я руку к его губам, — никаких возражений. Оформим тебя как помощника, со стандартной ставкой. Видел, сколько трэтеров прибавилось? Вот. Будешь мне помогать разгребать проблемы. Эти нехорошие шустрые крылатые решили поставить меня на руководящую должность, правителем, Лэрдом. Хотя, Астор, меня так уже давно звал. Знал, что ли, лис хитромудрый? Хрен с ним. Веришь, найти бы кого на это место, я бы с радостью стряхнул с себя все обязанности и отправился путешествовать. А то никакой личной жизни. Ни тебе развлечений, ни курортов, ни новых неизведанных уголков Вселенной.
— Правитель? — дернулся Серн в сторону.
— Стоять, куда собрался? — еле успел перехватить любовника за лодыжку. — Правитель, и что с того? Я тебя очень прошу, только не начни во время секса говорить мне «вы» и кланяться. Понял?
— Понял, — заторможено кивнул рыжик.
— Отлично. А сейчас, чудо мое веснушчатое, спать, — сладко зевнул я, прикрывая глаза. — Устал. Спи Серн. Приятных тебе снов.
— И тебе…
***
… Темнота. Пещера. И знакомый постамент с гробом. Усыпальница.
— Ты долго, — знакомый бархатистый голос, от которого кровь по венам начинает бежать быстрее, а горло моментально пересыхает. — Я не люблю ждать.
— Это тебе не чем заняться, а у нас, смертных, дел по горло.
— И чем же занята моя пара?
— Прибереги свое недовольство для других. Мне все равно что тебе нравится, что нет. Зубы обломаешь. Кстати, ты реальный или у меня крыша поехала окончательно?
— Проверим? — передо мной появилось лицо Акьеса, с хитрым прищуром черных, как безлунная ночь, глаз.
Я невольно сглотнул. Красив паршивец. И притягателен. Для меня, так точно. Как магнитом к нему тянет, даже слегка раздражает этим.
Сам не понимаю, когда успеваю среагировать на движение меча трэтера, уклоняясь и отскакивая в сторону.
— Совсем умом тронулся?!
— Скучно. Поиграем?
— Поиграем, — хищно отзеркалив острозубую улыбку Акьеса, сильнее сжимаю меч в руке. — Оригинальное у тебя отношение к своей паре. Или врешь, что я пара для тебя?
— Сам почувствуй.
— Не, ни черта у меня не екает, — вру я.
— Сейчас и проверим.
Сражение. Схватка. Расстановка сил. Выкладка по полной. Игра в главных самцов, на грани. Удары не сдерживаю ни я, ни он. Уклониться не всегда выходит. Росчерки ран разукрашивают тела, заставляя регенерацию работать быстрее. Наши силы практически равны. Здесь скорее победит опыт. В крови огонь и животный азарт подстегивают не хуже плети. Стены пещеры крошатся от ударов наших тел и мечей. Боль отошла на задний план. Улыбка сама по себе держится на лице. Схватка доставляет истинное удовольствие. Еще никогда я не сталкивался с равным мне по силе и скорости. И какой же это кайф, когда не надо сдерживаться и просчитывать удары, чтобы не покалечить партнера по спаррингу. Интересно, а в сексе он так же неудержим? Тьфу, дурные мысли…дурные. О, а ему не меньше моего нравится происходящее.
Пока я держусь, но с каждой секундой понимаю, мне не победить. Слишком мало опыта. Это понимает и Акьес, расплываясь все более и более довольной лыбой.
Мое поражение откладывается только по его прихоти. И это бесит. Удар. Попадаю на блок, и не успеваю закрыться сам. Ощутимый толчок, и меня относит к уцелевшему куску стены, после соприкосновения с которым вышибает дух, и я заваливаюсь на пол. На восстановление требуется пару секунд, но кто мне их даст? А он уже рядом в замахе для последнего удара.
— Сдаешься? — нависает надо мной взъерошенный хищник, победно приставив меч к самому горлу.
— Хрен тебе, русские не сдаются, — хрипло смеюсь я, понимая, что на самом деле я только, что это сделал.
— Зараза упертая, — беззлобно усмехается он, и легко приподняв, притягивает к себе страстно целуя.
