Вдали только небо, солнце, горы и сотни водопадов, скрывающих свои воды в туманном мареве где-то внизу. Дворцы, удобно расположившиеся на разных ярусах. Маленькие, симпатичные, утопающие в цветах, они, как грибы, окружили нижним ярусом гигантские строения.
Взгляд скользнул вниз, и я уставился на копошащихся прямо под нами сотни существ. Характерно расположенные постройки, как торговые ряды, и гомон торгующихся. Без сомнения, там рынок. Суеты, как таковой, нет, но поглазеть есть на что. Вернее, на кого. Я такого отродясь не видел. Каждой твари по паре. Кого тут только нет! И главное, все здоровенные, двуногие, прямоходящие, но с мордами и хвостами того цвета и формы, представителями какого вида они являлись. Ладно, с псовыми головами я уже как-то воспринял нормально, но от существ с птичьими, бычьими, — а уж крокодильими! — головами я с огромным трудом смог оторвать взгляд. Нет, к таким лучше не попадаться. Зашибут, и «как звать» не спросят. На один зуб положат, вторым раскусят и посмакуют еще. Брр… Хочу домой!
Чуть не застрял на фиг между столбами, когда дернулся на незнакомую речь за спиной.
Выбежавший невысокий псоголовый мальчик, что-то крикнув резко обернувшейся на звук кошке, уткнулся носом в ее живот, и указал рукой на небо за нашими спинами. Кошка нахмурилась, резко рыкнув в сторону охраны.
Я тоже повернулся в ту сторону, куда показывал ребенок. Темная клякса, как метеорит, неслась к планете, навевая нехорошее предчувствие скорой беды…
Я всего лишь моргнул, а место изменилось кардинально!
Некогда белоснежный мрамор раскололся, словно от времени. Все так же светило солнце, и блистали дворцы, только цветов не было видно. Все растения пожухли и высохли. Ни бабочек, не пенья птиц, ни единого живого голоса. И эта тишина с каждой секундой давила на разум, впиваясь иглами с запахом обреченности и смерти.
Нестись сломя голову в распахнутые ворота я не стал, рванув к перилам. Если что и случилось, то по поведению народа внизу сразу станет все понятно. Но торговые ряды также оказались в полной запущенности и ни единой души, ни единого звука.
Я уже понял, что произошло что-то ужасное, но, отгоняя от себя эту мысль, побежал в сторону ворот. Влетев в них на полном ходу и оказавшись в длинном светлом коридоре, все так же выглядевшем удручающе из-за засохших лиан и опавших трухой бутов, пошел вперед. Звук моих шагов, как и прежде, был не слышен. И чем дальше я шел, поднимаясь от лестницы к лестнице, от комнаты к комнате, тем отчетливее я осознавал, что дворец давно заброшен, и никого я здесь не найду.
И как мне теперь вернуться домой? У кого спросить? Кому вопить о помощи?!
Впереди раздался какой-то слабый шорох, я резко свернул в первую попавшуюся затемненную нишу и замер. Появившиеся из бокового ответвления коридора пара черных туманных фигур, словно укутанных плащами из дыма, проплыли мимо меня.
Все внутри словно льдом покрылось, когда темные твари прошелестели мимо. Инстинкты вопили напасть и растерзать, не дать возродиться, но здравый смысл успокаивал, что время будет, просто надо выждать. Единственное, в чем я согласился сам с собой, отпускать куруров не собираюсь. Их возрождение принесет гибель всему живому не только в этой Вселенной.
Тенью скользнул за ними следом, пользуясь бесшумностью шага. Твари двигались целенаправленно. Я не отставал, про себя тихо матерясь на появившиеся так не вовремя крылья. Они сейчас только мешали, постоянно заставляя меня следить, чтобы неосторожным движением не зацепить какие-нибудь предметы или мебель.
Я скользнул вслед за порождениями тьмы и в ужасе замер. Сотни… нет, тысячи иссушенных мумий, и сияющий нестерпимо багровым пульсирующим светом шар, зависший по центру зала, как паутиной спеленал тела и тянул из них энергию жизни. Кто был испит до дна, оставил после себя лишь горсть праха, которую со временем разнесет ветер пустых коридоров безжизненного дворца. Тени, жгутами коснувшись шара, перетягивали на себя живительную силу и, насытившись, делились надвое.
— Нет!!! — заорал я, меняясь и распахивая крылья, выпуская всю энергию в самоубийственном порыве. — Нет…
Мои силы, что капля в море. Но тех, кто ко мне ближе, начинает корежить, и я вижу, как распадается тьма, из которой они состоят. Шар, теряя отсеченные моим светом нити, начинает пульсировать в рваном ритме.
Понимаю, теней слишком много для меня одного. Мне бы помощь братьев, чтобы уничтожить эту падаль, но чего нет, того нет. Возьму с собой всех, кого смогу. Главное — размножаться они перестали! Вместе с энергией начинает утекать жизненная сила. Кажется, эта схватка будет для меня последней… Еще немного… чуть-чуть…
Яркая вспышка заставила зажмуриться, а тело приняло шквал энергетической волны, распадаясь на атомы…
Миг, и я над планетой, наблюдаю за взрывом, гибелью целой планеты и миллионов разумных. Хотя нет, вся жизнь на планете погибла еще раньше, когда появились куруры. Слишком огромная цена за возможность убить десяток детей тьмы и не дать им повторить тоже самое и на другой планете. Слишком высокая…
