Слезы сами текут из моих глаз, я не пытаюсь их стереть. Вместе с горечью о погибших появилась и злая радость, что тени подохли тоже.
Что-то с огромной силой дернуло меня назад, а потом вперед, и вот я снова на планете, разительно отличающейся от прежней.
Скалистые пики часто-часто, ноге ступить некуда, выступают из-под толстого пласта снега. Пройти куда-либо будет очень сложно. Звук завывающего ветра, густой поземкой носящегося от скалы к скале. Радует одно: я совершенно не чувствую холода и все больше убеждаюсь в нереальности происходящего. Сон. Затянувшийся страшный сон. Или воспоминания предков? В этот раз мой шаг, как перелет на сверхзвуковом самолете, раз — и я за десяток миль от места появления. Горы. Величественные. Снежные. Изрытые рукой разумного и облагороженные в полукруглые пещеры.
— Йети, — пораженно выдохнул я и с удивлением отметил, что пар от моего дыхания все же появился. Странно. О, голос прорезался.
Высокие мощные существа с серовато-белым густым мехом, покрывающим тела от макушки до пят, эдакие громадные мишки-лапочки, живут своей привычной жизнью, не замечая постороннего.
И снова виденная мной черная клякса прорезала атмосферу этого мира, только в этот раз их было две.
У меня от осознания, что будет дальше, сердце екнуло.
— Прячьтесь! Быстро! — заорал я, принимая свою боевую форму и расправляя крылья… Черт, а крыльев в этот раз почему-то нет.
На звуки моего голоса йети отреагировали, и не только они. Горы, вздрогнув, словно громко выдохнули, и пошла волна снега, с каждой секундой становясь все больше и стремительнее.
Я злорадно усмехнулся, видя, что быстро попрятавшиеся в глубинах пещер местные не особо испуганы произошедшим. А вот порождениям тьмы придется несладко. Вряд ли они станут выкапывать их из-под многометровых снегов. Так что, как сумел, так и помог.
И снова я только моргнул, и все изменилось.
В этот раз я не мог пошевелиться, потому как из меня тянул силу стоящий рядом курур. Но не это заставляло сердце обливаться кровью, а бойня у пещер. Порождения тьмы, практически неуязвимые, неспешно питались от обреченных жителей, слетаясь черной сворой на каждого, кто пытался дать отпор.
Я перевел взгляд на бездушные горячие провалы глаз тени.
— Подавишься, — прохрипел я и с яростью выбросил всю свою энергию во внешний мир. Пусть я и бескрылый, и не так силен, но я трэтер! Я Хранитель!
Опять я над заснеженным миром, наблюдаю из космоса. Вокруг планеты замерцали множество точек, сигнализирующих о выходе из гиперпрыжка. Появившиеся, корабль за кораблем, как пчелиный рой, быстро окружили планету.
Что-то знакомое угадывается в этих небольших корабликах. Антрацитовые бока хищно поблескивают от отсвета местного светила. Тысячи кораблей сетью спеленали планету, и замерли. И я вместе с ними, не понимая, что они собираются делать дальше. Масштаб и уровень технологий поразили не на шутку. Чтобы смогла Земная цивилизация противопоставить подобному оружию?!
Раз. Два. Три. Четыре. Пя…
От ощущения немыслимой энергетической силы, исходящей от кораблей, у меня волосы встали дыбом, и я понял…
Слаженный импульс с кораблей, и энергетическая сеть, гудящая от переполняющей ее силы, сковала планету. Корабли начали исчезать, уходя в гипер. А я все смотрел на сеть и ждал чего-то…
С уходом последнего корабля сеть пошла рябью, как водная гладь от брошенного в нее камня, и резко сжалась, прорезая всю землю насквозь и спустя десяток секунд разрывая планету в лоскуты.
Меня откинуло на многие миллионы километров, но я все еще видел, а может, мне это уже мерещилось, как куски некогда прекрасной, живой планеты каменными глыбами устремились в темноту космоса.
Сердце буквально раздирало от боли. Столько разумных! Нет, я уже понял, живых там, как и прежде, не было, и сигнал об этом подал тот умирающих трэтер, которым я и был. Но само осознание того, что куруры несут смерть любому разумному, как чума, опустошая миры, пугает. Что бы я сделал, если бы знал: мир погиб, живых нет, а эти твари, увеличив свое поголовье, отправятся дальше, и дальше, и дальше… Что бы я сделал?! Пошел бы я на такой шаг, как решившиеся на это прибывшие на зов? Да или нет? И не получится оправдывать себя благими намерениями, уничтожая целую планету. Мертвую планету…
Знакомый рывок, и я среди леса. Влажность и жара навалились тонной груза на грудь. Дышать полной грудью не получается, только короткими частыми вдохами. Придется следить за каждым вдохом, чтобы не закашливаться, даваясь воздухом. Ароматы этого мира слишком терпкие, так и норовят заставить расчихаться, свербя в носу.
— Еще один, — без былой радости прошептал я, уже понимая, что это очередной мир, который пострадает от порождений тьмы. Пока еще пышущий здоровьем и спокойствием, но уже обреченный…
Уже не тянет глазеть на окружающие пейзажи. Нет желания видеть местных жителей, зная, что они потенциальные смертники. Особенно не хочу видеть улыбающиеся лица детей…
В груди все горит огнем, а мне жутко хочется встать, поднять лицо к их двум солнцам и взвыть, размазывая слезы по щекам.
