До конца “длинного отпуска” Тео оставалось всего-то две недели. Совершенно неготового к этому Ферона обрили везде, где только можно, а вот на короткие волосы на голове наоборот что-то там нарастили. Фер стоически терпел, но прямо высказывал все, что об этом думает. Далее были упражнения, где специально обученный человек учил Ферона говорить, как “истинный аристократ”, чтобы у общественности не возникло диссонанса при возвращении “обновленного” Тео домой. Феру было плевать на общественность, взаимодействовать с ней он не собирался, чем вызвал новый поток обвинений от Теона. Уроки по «говорению» сопровождались искренним смехом Ферона, ибо такую чушь он видел только в мыльных операх или от манерных деятелей фэшн-индустрии. Тео сказал, что в этом нет ничего смешного, чем вызывал очередной приступ до икоты и слез.
- Хоть я и разведусь с Эдди, но ты не имеешь права губить мою жизнь! Она мне еще понадобится!
Ой зря. Зря Теон сказал о том, что у Ферона есть хоть и маленькая, но все же власть над ним. Теперь умелец Фер оторвется по полной, и если не разрушит, то выставить полнейшим идиотом сможет.
В итоге Ферон вновь оказался перед зеркалом рядом с близнецом. В отражении Фер видел опошленный отголосок себя: вместо сухих и таких полезных мышц появился небольшой жирок, обычно бледная и украшенная царапинами с синяками кожа сияла лоском и загаром, жесткие и короткие волосы превратились в пышную шевелюру до плеч, брови и те не оставили в покое - выщипали. Ферону хотелось рыдать.
- Твой самолет завтра в час дня, - инструктировал его один из агентов. - Приземлишься в шесть по местному, тебя встретит шофер Харрис. Никто из домашних не в курсе, так что будь аккуратен. Дальше разберешься, если что - выходи на связь, мы контролируем.
Сильный политик на работе и добряк дома Эдди подозревался в содействии азиатской диаспоре в европейской части Евразии. Ферон был не понаслышке знаком с разбирательствами из-за дури, так же он знал, что участники банд особо не церемонятся - калечат или убивают на месте. У Федерального Бюро были наводки, что Енски покрывает несколько банд и отмывает деньги через государственные фонды. То-то же его тронула седина! Как говорят - на воре и шапка горит. Большая часть аналитиков утверждала, что Эдвард не способен на это. Он хоть и любит власть с деньгами, но на такое не пойдет - жизнь и спокойствие семьи дороже.
Ферон не стал делать выводы, на эти вопросы ответят только время и расследование. К этому-то он как раз готов, а вот строить из себя мужа, хоть и такого паршивого, как Теон…
В самолете, наконец, удалось выспаться. Чудо! Ферон счел крепкий сон хорошим знаком, но после понял, что это лишь облегчение от того, что член его родни находится очень далеко. Этот молодец вообще укатил с Ником на острова, объясняясь, что давно хотел и может себе позволить. Ничего, у Ферона на руках главный банковский счет Теона и, что самое важное, его репутация.
Харрис оказался бетой преклонных годов. Молчаливый и небольшой мужчина попытался взять багаж Ферона, но тот ответил резким отказом.
- Куда вам? Сам донесу, не маленький, - Харрис остолбенел, незаметно перекрестился и посеменил вслед за хозяином.
Как бы Теон не настаивал, Ферон точно знал, что хамить или унижать прислугу он не станет. Может, это достойно людей голубой крови, но у него - простой челяди - были другие представления об адекватной коммуникации.
На картинках и планах особняк Енски выглядит куда меньше. Ферон помнил роскошь из детства и юности, но та роскошь была куском коровьего навоза по сравнению с тем, что он увидел перед собой. Благо, помпезностью дом не отдавал. Не было резных перил из редчайших пород дерева, также отсутствовали вазы древних династий, скульптуры античных мастеров и даже пресловутый золотой унитаз. Он-то, Ферон проверял, во всех четырех ванных комнатах был обычным. Правда Фер не заглядывал в детские, так что кто его знает?
Самого мэра дома не было. Эдварду пришлось отлучиться по срочным делам, хотя миссис Черман уверяла, что хозяин хотел встретить супруга сам, так как очень скучал.
- Ну и попал же я… - вслух ответил Ферон, но домоправительница учтиво сделал вид, что не слышит.
У Теона была своя комната. В ней-то, родимой, и собралась вся безвкусица (по мнению Ферона) особняка. Красные бархатные занавески, перевязанные золотыми лентами, широкий кожаный диван, стол под старину (из редких пород дерева - подумалось Ферону), ковер, стеллажи со стопками глянца внутри, различные вазы с букетами живых цветов, огромная люстра с кучей блестяшек и все это приправлено совершенно ненужным балдахином над небольшой кушеткой для отдыха. Раньше Ферону думалось, что он во многом утрирует по отношению к близнецу, но теперь понял, что всегда бил точно в цель.
- Желает ли господин отужинать?
Ферон прыснул от смеха. Такого вопроса ему еще ни разу не задавали.
- Хорошо, - он напустил наигранный надменный вид и медленно повернулся. - Но для начала я желаю выбрать для себя подобающий наряд. Начинайте без меня.
