Лу наслаждалась чудесной погодой и разглядывала окружающую природу, когда кто-то из солдат дал отрывистый сигнал тревоги. Лу в беспокойстве начала оглядываться, не понимая, с какой стороны, и какая именно опасность им грозила — они же на территории города. Солдаты достали оружие, Лу потянулась к своему мечу, привязанному к седлу, но не успела его достать — дали сигнал гнать лошадей в полную силу.
Лу, активно сдавив лошадь ногами несколько раз, с места подняла ее в галоп, следуя за спинами товарищей. Крепко прижимаясь к седлу, она на ходу тщетно пыталась разглядеть, от чего же они бегут. Из леса показалось несколько фигур на лошадях в темных одеяниях без распознавательных знаков. Они не отставали. У каждого в руках было оружие — меч или длинный нож, у одного, кажется, даже были вилы. Их явно было больше. Лу впервые за долгое время почувствовала укол страха. Она-то, наивная, думала, что единственная опасность в городе — это мертвецы. Но люди есть люди во все времена.
Когда показалось, что погоня стала отставать, наперерез мини отряду выехало не менее десяти всадников, так что лошадей пришлось резко остановить. Сзади их кольцом окружили догнавшие разбойники — теперь со всех сторон на них смотрели острия протянутого оружия. Количество разбойников перевалило за двадцать голов, и вступать в схватку было равно самоубийству. Лу с беспокойством вглядывалась в лица пиратов — что бы им могло понадобиться? Деньги? Лошади? Их жизни?
Один из разбойников вышел вперед, теребя густую неухоженную бороду, оценивающе рассматривая добычу. Лу сквозь беспокойство подумала, что впервые за все время видит настолько неухоженных мужчин — все жители Форта обязательно брились.
— Не густо, но и неплохо. Ссаживайте свои задницы с лошадей, живо! — Лу и остальные послушались, Собиан с беспокойством украдкой бросил взгляд на Лу. Разбойники отобрали оружие, вытащили медальоны и сняли кольца с каждого из участников экспедиции. Когда настала очередь Лу, она помотала головой, давая понять: «у меня ничего нет», но не решилась ничего сказать, надеясь сохранить для разбойников образ молодого юноши. Она поблагодарила себя за то, что еще утром завязала косу и туго перебинтовала грудь, дабы не смущать формами солдат, и теперь старалась всем своим видом походить на мужчин. Старший пират долгим оценивающим взглядом смотрел ей в лицо и внутренности Лу начали сворачиваться в узел.
— Дарма обнищал, похоже, друзья, раз нанимает к себе на службу не пойми кого. Этот юнец — вылитая баба. — Все дружно засмеялись, как, по мнению Лу, довольно деланно. Он снова повернулся к Лу, и, вдруг схватив ее за шиворот, от души тряхнул. Лу не произнесла ни звука — скажет что-нибудь и ей конец.
— Прошу, не обижайте ребенка, господин разбойник — Собиан заметно нервничал. — Юноша нем с рождения. — Главный, цокнув, еще раз взглянул на Лу и продолжил свой путь, осматривая полученные богатства. Он остался доволен качеством лошадей, но его взгляд все возвращался к Лу.
— Лошади идут с нами, люди могут быть свободны, но это не точно — снова волна смеха. — Ну а ты — главарь схватил Лу за лацкан камзола — пойдешь с нами, может, научишься говорить. — Все участники экспедиции разом выразили гневное несогласие, но без оружия это было бесполезно. Их тут же усадили на колени с заломленными за спину руками, угрожая в любой момент убить. Лу, широко распахнув глаза, покачала головой, мысленно крича им: «Стоп! Вас убьют!». Ее крепко схватили, заламывая руки, так что от боли ей пришлось согнуть спину, и крепко связали их веревкой. Последнее, что она увидела — ужас в глазах доктора, потом ей на голову накинули мешок, и что-то очень тяжелое опустилось ей на затылок. Мир внезапно потух.
Мир начал возвращаться в виде ярких вспышек и приглушенных отдаленных звуков. Потом все стало проясняться, и Лу смогла, хоть и с трудом, открыть глаза. Она сидела на голой земле, вытянув связанные веревкой ноги. Попробовала пошевелить руками — те тоже были намертво оплетены — ни пошевелиться, ни спастись.
Лу сидела, опираясь спиной о ствол широкого дерева. Осмотревшись, она увидела вокруг лишь бедность и разруху — кое-где оставались разрушенные деревянные домики, на некоторых еще сохранилась проваленная крыша, но вряд ли там можно было жить, не рискуя однажды оказаться под завалами. По лагерю, в зоне, доступной обзору, были раскиданы несколько тканевых палаток, что за спиной — неизвестно. Рядом с ней гоготал и хлопал крыльями огромный белый гусь, широкими красными лапами уминая плотную влажную грязь.
Девушка услышала возбужденные голоса — они раздавались от группы мужчин, что-то громко обсуждавших около костра в отдалении. Лу зажмурилась на несколько секунд от нахлынувшего резкого приступа головной боли и легкой тошноты. Когда она открыла глаза — по направлению к ней шло четверо мужчин. Сердце девушки остановилось и затем забилось чаще. Хоть они и смотрели на нее, оказалось, что шли по своим делам мимо.
