Дверь комнаты мелко дрожала и уже треснула посередине, пропуская внутрь неприятное грязно-зелёное свечение. Шимус стоял на коленях, вытянув руки перед собой. Кажется, он уже не стал придумывать ничего оригинального, просто держал какой-то примитивный щит.
— Нелли, слышишь?
— Слышу, — пробормотала я, приподнимаясь на руках и удивляясь своей способности шевельнуться.
— Нужно уходить. Встанешь?
— Встану, — оптимистично пообещала я, торопливо рассматривая Рэйна.
Половина лица залита кровью, но это ерунда, мелкое рассечение чуть выше брови. Такие раны всегда сильно кровоточат, но на самом деле ничего серьёзного. Порез на груди, как от ножа или скорее когтя тоже, кажется, неглубокий, хотя взглянуть стоило бы поскорее. А вот красная полоса шириной в две ладони на руке хуже. Это какая-то магия, причём совершенно мне незнакомая.
— Забери.
Я озадаченно уставилась на коробочку в своей ладони. Проклятый ключ, зачем только его создали вообще?! Не могли, что ли, просто взять и замуровать это дерьмо раз и навсегда?! Неужели не понимали, что непременно найдутся идиоты?!
— А ты?
— Забери и…
Договорить он не успел, оглушительный треск и грохот оборвал фразу на середине. Комнату дождём осыпали щепки, и именно в этот момент над кругом взметнулась арка. Шимус, опрокинутый на спину волной отдачи от лопнувшего щита, прямо так и проехал половину комнаты, влетел в неё и исчез.
— Бегом!
Бегом не получилось. Сжав в руке коробочку, я с трудом поднялась, преодолела три шага и нырнула в ледяное озеро. Короткое свободное падение заставило все внутренности нервно сжаться. Лёд на долю мгновения сменился кипятком, а потом я, ещё ничего не видя и не слыша, ощутила ладонями неровный камень.
Даже не сразу поняла, что это не у меня темно в глазах, просто вокруг уже поздний вечер. От запахов живого города закружилась голова. Рухнув на бок, я сжалась клубком. Чувство было такое, будто меня тяжело гружёная телега переехала. Раз пятнадцать.
Кто-то оттащил меня чуть в сторону. Повернув голову, я увидела, как ещё одна фигура с заметным трудом волочёт с дороги Шимуса. Трудно было сказать, жив ли он вообще, но надеяться хотелось на лучшее.
Да, хотелось. Я перевела взгляд на продолжающуюся светиться арку, слыша приближающиеся крики и голоса. Потом послышался цокот копыт и звон. Площадь окружал отряд воинов, спешно выстраиваясь цепью. Гровер коротко и отрывисто раздавал приказы, мешая их с ругательствами. Кажется, потому что слов я пока не понимала.
Засмотревшись на Гровера, я так и проморгала момент, когда появился Арин. Сделав несколько неуверенных шагов назад, он рухнул на руки подскочившего солдата. Кровь на камнях в свете факелов казалась чёрной.
— Боги… — прошептала я, пытаясь вспомнить хоть одну молитву.
Не успела даже решить, кого тут вообще просить о помощи. Рэйн выскочил из-под арки, через пару шагов резко развернулся и сделал неуловимо быстрое движение пальцами. Камень вылетел из пустоты, словно его из пращи запустили, и звучно ударил в латный нагрудник одного из воинов. Арка погасла. И я, кажется, вместе с ней.
* * *
— Поешьте, пожалуйста, — попросила Дина, глядя на меня почти с мольбой.
— И тебе доброе утро, — шёпотом ответила я, чувствуя, что не только сесть или встать, даже и голову не могу повернуть.
— Доброе утро, миледи, — спохватилась девушка. — Лекарь вот велел…
Против еды я совершенно не возражала, хотя и знала, что наедаться прямо сейчас не стоит, поплохеет. Впрочем, сильно подозревала, что плохо мне станет в любом случае, потому что в бульон додумались добавить какой-то зелени. Хотели, конечно, как лучше.
— Вас покормить? — наконец-то догадалась Дина.
— Да, — согласилась я, признавая поражение — пальцами пошевелить получалось, но не более того. — Только не этим. Принеси бульон без вот этой ботвы. И дай сначала воды, пожалуйста.
Стакан воды произвёл буквально магическое действие. После него я даже умудрилась сесть в подушках и решила, что, пожалуй, смогу и поесть сама. Желательно целого быка, но можно и курицу. Особенно если жареную.
Дверь скрипнула, открываясь. Так и не смазали, лодыри. Вот как только встану, так сразу всем тут задам взбучку. Прямо отлучиться никуда нельзя, едва за порог выйдешь, и прислуга тут же решает, что за порядком следить больше не обязательно.
— Живой, — констатировала я, при виде нового посетителя отвлекаясь разом и от сердитых мыслей о нерадивой прислуге, и от мечтаний о курице.
Впрочем, нет, от курицы отвлечься толком не вышло, её по-прежнему очень хотелось. Прямо наваждение какое-то. А ещё хотелось расплакаться от радости, еле удержалась.
— Разочарована? — усмехнулся Рэйн.
— Ещё как, — кивнула я, разглядывая еду на подносе. — Курица не жареная, я жареную хочу.
— Жареное вредно.
— Это тебя целитель надоумил? — сощурилась я.
— Да, дал несколько советов. И когда ты собиралась рассказать?
— Собиралась, — пожала плечами я, берясь за миску с бульоном. — Просто знаешь, всё как-то к слову не приходилось.
— По-твоему, о таком рассказывают, когда к слову придётся?