– Обыщите этого типа, – Гольц кивнул на старика, – потом тащите в машину Раскасса. Шарлотта, Хинч и старик едут со мной, вы с Купером остаетесь в фургоне. Полиции скажете, что один из тех парней выстрелил в другого, промазал и прострелил шину. Кто они такие, вы не знаете. Опишите их и машину как можно хуже. Скажете, что
Гольц обернулся и посмотрел на дорогу, где белая четырехдверная «хонда», вильнув, пристраивалась перед фургоном, поэтому Шарлотта переключилась на парня, с которым Гольц разговаривал и который продолжал похлопывать по карманам старика.
Она еще не полностью пришла в себя. Наблюдая, как его ладони похлопывают и поглаживают упитанный торс старика и его новенькую, как с иголочки, одежду, Шарлотта гадала, возможно ли, что это настоящий Фрэнк Маррити из… будущего через девятнадцать лет. Если это он, то годы его не пощадили. «Куда истратил ты свой свет, Фрэнк? – думала она. – В каком пространстве темном мира? Ты такой симпатичный в 1987-м – что с тобой произошло?»
Чья-то рука сзади ухватила ее за локоть, и Шарлотта машинально переключила внимание – Гольц, глядя на нее, тянул ее к «хонде».
– Ты садись сзади слева, – велел он ей. – Маррити посредине, Раскасс справа. Шевелитесь.
Раскасс не умер – когда его подтащили и стали втискивать в машину, он запрокинул окровавленное лицо и забормотал что-то по-французски.
– О-ля-ля! – воскликнул Гольц, пригибая старику голову, чтобы втолкнуть его в машину, а потом вытер руку о костюм Раскасса.
Поспешно обходя машину с другой стороны, Шарлотта думала о маленькой девочке, которой помахала вслед. Шарлотта видела ее глазами Гольца, а потом перескочила на восприятие девочки – наверняка это
Такое бывает только с Фрэнком Маррити и его дочкой, размышляла Шарлотта, скользнув на сиденье рядом со старым Фрэнком Маррити и захлопывая дверцу. Такой скачок перспективы от одного к другому. Что бы это значило?
И зачем я ей помахала?
– Черт! – визгливо выругался Беннет. – Коп!
Маррити не стал оглядываться со своего заднего сиденья.
– Мигалка включена?
Они двигались на север по Фэйр-Оук-авеню, выехав на мост над 210-й автострадой.
Угнанная машина затряслась, когда Беннет нажал на тормоз.
– Нет, но он прямо за нами! С какой скоростью я ехал? А если он нас остановит? Я еще Мойре не позвонил! И у меня пятьдесят тысяч в кармане! Господи, что вы со мной делаете! Проклятые Маррити!
– Отпусти тормоз и просто едь прямо, – резко велел Маррити.
– Машина угнана! У меня пистолет в кармане! Из него стреляли всего несколько минут назад! О господи!
Его руки, сжимавшие руль, заметно дрожали.
Дафна развернулась и встала на колени рядом с отцом, чтобы выглянуть в заднее окно.
Через пару мгновений Маррити услышал приглушенный удар, и в животе у него стало холодно: он понял, что произошло. Он обернулся назад – и точно, преследовавшая их машина отставала, из-под поднятого капота вырывались клубы пара, окутав автомобиль белой дымкой.
– На первом… – начал Маррити.
– Полицейская машина взорвалась! – перебил Беннет.
– Вижу. На первом перекрестке повернешь направо и тормознешь у обочины. Я поведу.
Маррити ощутил запах горелого пластика.
– Боже, мы горим!
– Только пепельница, – успокоил Маррити, сдерживая подступившую рвоту. Теперь руки дрожали и у него. – Она…
– Это стереосистема, – поправила Дафна. – Здесь нет пепельницы.
– Поворачивай и тормози, черт бы тебя побрал! – громко приказал Маррити.
– Пап, извини, – проговорила Дафна. – Я думала, так надо было.
– Может, и надо, Даф.
Их качнуло на сиденье – Беннет повернул направо. Маррити не был уверен, оправданы ли его гнев и отчаяние, поэтому старался вытеснить их из сознания, чтобы Дафна не могла их ощутить.
– Копы целы?
Дафна уже плакала.
– Да-а! Я ухватила только радиатор!
Беннет, вырулив на Вилла-стрит, резко остановился, подъехав к бордюру. Черный дым валил из приборной доски и клубился перед лобовым стеклом.
– Машину, пожалуй, лучше бросить, – решил Фрэнк, открывая правую дверь и хватая портфель. – Идем, Дафна!
– Я возьму Рамбольда!
– Конечно, бери Рамбольда.
Пока Беннет вылезал из машины, Маррити, взяв дочь за свободную руку, широко зашагал по залитой солнцем Вилла-стрит.
– Это Дафна взорвала полицейскую машину? – задыхаясь, спросил догнавший их Беннет.
– Беннет, что за глупости! – огрызнулся Маррити. – Не сходи с ума.
Он смотрел только вперед – оглядываться на машину не хотелось.
– Я вижу какие-то магазины. Твои пятьдесят тысяч – наличными?
– Нет, конечно, – ответил Беннет. – Но ты же ее спросил, целы ли копы, а она сказала…
