– Никто ничего мне не говорил, но я сам неоднократно оказывался в подобной ситуации. Моя мать – человек, родня с её стороны – люди, они часто нуждаются в услугах мага. Зачем пользоваться службой транспортировки грузов, когда я могу свернуть шкаф до состояния коробки и пронести под мышкой?
– Элар Ларг, вы путаете использование магии для личных нужд и применение заклинаний с целью обойти налоговую систему. Первое в Ларии разрешено, второе незаконно.
– Даже если так, если Дин по незнанию оступился – Ардо мог бы свести всё к мелкому правонарушению, к проступку, за который выносится простое предупреждение Совета! Нет, он развернул целое дело, выставил Дина злоумышленником и добился высшего наказания.
– Не высшего, элар Ларг. Ардо предоставил суду смягчающие факторы – как раз именно неведение элара Корна, то, что сотрудник фирмы его фактически обманул. И пять лет – совсем немного за подобное преступление. В приговорах бывает и восемь, и десять, и пятнадцать. Иначе половина Ларии начнёт таскать через арки уже не шкафы, а целые дома.
– М-да?.. В любом случае, Ардо поступил с Дином жестоко. Особенно учитывая их крепкую дружбу с первого курса Университета. В общежитии они жили в соседних комнатах, все каникулы Дин проводил в родовом особняке Ардо. У самого Дина семьи, можно сказать, не было. Отец – человек, простой лекарь, мать слабый синий маг. Поженились слишком поздно, матери было за сто сорок, в результате она не перенесла роды. Чем дольше маг откладывает передачу искры, тем…
– Мне известны основы наследования дара, элар Ларг.
– Ах да, конечно. Это я к тому, что Дин – редкое исключение из нашей магической братии: без состояния, влиятельных родственников и дома в Винее стоимостью в полтора-два миллиона фрейнов. Всё, чего он добился в жизни – результат его напряжённого труда. Ардо был изумрудным, ему не нужно было доводить себя тренировками до изнеможения, раскачивая слабый резерв, как поступал Дин.
Я оторвала взгляд от визиона и покосилась на Ксана. Кэсси – бирюзовый, но то, сколько он тренировался, уму непостижимо. Дни напролёт! Сила, данная от рождения ещё половина успеха, важны и усердие, и знания, и постоянные упражнения. В записи Ксан оставил выпад Ларга без внимания.
– Значит, элар Корн был частым гостем в особняке Ардо на бульваре Кареш?
– Гостем? Да он там жил после окончания Университета! Все шутили, что родители Ардо его усыновили. Элара Ардо была доброй и великодушной женщиной, относилась к Дину почти как к сыну. Жаль, что она не дожила до того скандала. Она ни за что не позволила бы Ардо так поступить!
– Элар Корн жил в особняке и в то время, когда Вестиар Ардо привёл в дом невесту, Сэнсалию Ринд?
– Нет, конечно. Ардо не гнал друга, но воспитание не позволило Дину остаться. У Ардо с Сали всё шло к свадьбе, на последнем приёме они объявили о том, что завтра идут в храм.
– Семнадцатого мая?
– Дату я не помню, но да, поздней весной. У дома вовсю цвела сирень. А на следующий день разразилось Хаос знает что. Дина арестовали, Ардо ходил злой, словно все демоны сразу, Сали вернулась в Университет да так там и осталась. Я разругался с Ардо после того как узнал о том, что он предъявил Дину обвинение в сговоре с тем человеком из фирмы. Ларом Блин, Блиш… что-то связанное с блинами.
– Лар Лепеш.
– Точно! Блин, лепёшка – одно и то же.
Я громко фыркнула. Ксан выключил запись.
– Ардо допрашивал лара Лепеша под ментальным сканированием, – протянул он задумчиво. – Менталистом какого уровня надо быть, чтобы воздействовать на мозг и не оставить следов?
– Никакого. Любое воздействие оставляет след. Изумрудный маг не мог его не увидеть.
– «Теперь я тоже преступник, а ты осталась безнаказанна», – Ксан поднялся, прошёлся по кабинету. – Эля, а если мы с тобой ошибаемся? И та версия, которую мы с тобой выстроили, ошибочна? У нас одни догадки! Бывший ректор Университета элар Рино скончался семь лет назад, родители Сали мертвы, Ардо убит, улик нет. Как мы докажем свою правоту – спустя сто три года?
– Пока элара Ринд не заговорит, никак, – вздохнула я.
Сняла с колен Кота, подошла к мужу и обняла.
– Кэсси, у нас есть ещё один участник событий. Подозреваю, он тоже будет молчать. Только вдруг его молчание окажется красноречивее слов?
– Ты о Корне? – Ксан посмотрел на часы. – Четверть третьего. Сейчас у него как раз перерыв между лекциями. Но это опасно, Эля. Мы можем спугнуть убийцу раньше, чем получим доказательства.
– Давай попробуем? В том, что вчерашняя студентка пришла к преподавателю, нет ничего странного. Я постоянно обращаюсь с вопросами то к Верд, то к Гролу. А потом ты поставишь полог тишины. Сам элар Корн вряд ли добавит что-то новое, зато нам его реакция многое подскажет.
Ксан задумался.
– Во сколько ты должна быть у Сали?
– В половине шестого. Время есть.
– Хорошо, – он нежно поцеловал меня в макушку. – Только прошу тебя – не вмешивайся. И следи за лицом. Корн ни о чём не должен догадаться.
– Демон! – обиделась я. – Ты за кого меня принимаешь?!