Три грустных тигра полностью

Он сел. Расплатился по счету и закурил сигарету в серебристо-черном мундштуке. Теперь он будет прикуривать одну от другой, пока не напустит дыму по всей комнате, по всему залу, по всей вселенной. Дымовая завеса. Как начать? Вот что я хотел сказать ему весь вечер, весь день, несколько дней подряд. Настал момент истины. Я Куэ знаю. Он-то собирается со мной в словесные шахматы играть и только.

— Ну. Я жду. Подавай. И только не надо меня осаливать.

Что я говорил? Бейсбол — народные шахматы.

— Я скажу тебе, как зовут женщину из сна. Лаура.

Я ожидал, что он упадет со стула. Я ждал этого неделями, все утро, весь день и весь вечер. Уже и не надеялся. У меня было то, чего вам не дано: его лицо прямо передо мной.

— Это ей приснился сон.

— И?

Я почувствовал себя полным идиотом.

— Тот сон — это ее сон.

— Я понял. Дальше что?

Я умолк. Сделал попытку найти что-нибудь, помимо пословиц и поговорок, фразу, требующую обработки, слова, какое-никакое предложение, сдобренное там и сям. Нет, это не шахматы и не бейсбол, это головоломка. Нет, скраббл. — Мы с ней недавно познакомились. Месяц, точнее, два назад. Мы встречаемся. Вроде как. Нет. Я на ней женюсь.

— На ком?

Он прекрасно знал, на ком. Но я решил играть по его правилам.

— На Лауре.

Он сделал непонимающее лицо.

— Лаура, Лаура Элена, Лаура Элена Диа.

— Never heard of her[190].

— Лаура Диа.

— Диас.

— Да, Диас.

— Нет, просто ты сказал Диа.

Я покраснел? Как бы узнать. Куэ, к слову, совсем не мое отражение.

— Иди ты знаешь куда. Не поздновато ли для уроков дикции?

— Интонации. Хотя твоя проблема скорее в артикуляции.

— Да пошел ты.

— Обиделся?

— Я? С чего бы? Напротив, мне очень хорошо, я отдыхаю. Мне скрывать нечего. А вот твое спокойствие меня настораживает.

— Что я должен, по-твоему, делать? Дождь идет.

— В смысле, я говорю, что женюсь на Лауре, а ты вот так вот садишь.

— Как?

— Вот так.

— Не вижу, почему я должен сесть как-то по-особенному, когда ты сообщаешь, что собираешься жениться. Если еще только собираешься. Как я в профиль, нормально выгляжу?

— А имя тебе ничего не говорит?

— Обычное имя. В телефонном справочнике Лаур Диас, должно быть, штук десять как минимум.

— Да, но это та самая Лаура Диас.

— Ага, твоя суженая.

— Мудила.

— Ладно, невеста.

— Арсенио, мать твою, я тут с тобой пытаюсь поговорить, а ты даже не реагируй. Не реагируешь.

— Пункт первый, я сам тебя сюда затащил волоком, а теперь жалею.

Неужели? По крайней мере, он сказал это искренне.

— Пункт второй, ты говоришь, ты женишься. Собираешься жениться. Что ж, я поздравлю тебя первым. Первым ведь, да? Не исключено, что приду на свадьбу. Подарю подарок. Что-нибудь в дом. Чего ты еще от меня хочешь? Могу быть свидетелем. Посаженым отцом, если вы собираетесь венчаться, только не в Сан-Хуан-де-Летран, ненавижу эту церковь, ну, ты знаешь почему: у них колокольни нет, так они ставят пластинку с колокольным звоном и транслируют по громкоговорителям: радиоцерковь. Большего, при всем желании, не смогу. Остальное, это уж ты сам, старичок, должен.

Я улыбнулся? Я улыбнулся. Я засмеялся.

— Ну что ж поделаешь.

— Для начала можешь познакомить меня с невестой.

— На хер пошел. Дай сигарету.

— Ты что, куришь сигареты? Эта ночь исполнена признаний и потаенной музыки. Я-то думал, ты куришь только трубку и халявные сигары после десерта и кофе.

Я оглядел его. Посмотрел поверх его плеча. Сцена. Люди в движении. Распогодилось. В ресторан заходили. Выходили. Официант насыпал опилки перед дверями.