Я предусмотрительно отступила в сторону.
Стая молча ринулась прочь.
А я обернулась к Блейзу, которого била крупная дрожь.
– Выпейте, – я налила еще горячего чая и щедро добавила сахара.
Он молча сделал несколько глотков и поднял голову:
– Что вам от меня нужно, мисс Вудс? Зачем… это все?
– Что нужно? – я села напротив и разгладила складки на юбке. – Мне нужны деньги.
Блейз вытаращился так, словно я потребовала чего-то несусветного.
– Д-деньги? – переспросил он. – Зачем вам?..
– А зачем нужны деньги? – перебила я. – Чтобы уехать. Срочно, тайно и как можно дальше. Лейтенант Эллиот – помните его? – собирается свалить на меня эти убийства.
Он звякнул ложечкой.
– И вы решили подставить меня?
– Ну-ну, – я укоризненно покачала головой. – Мы ведь договорились. Не надо опять изворачиваться. Это вы их отравили. Ведь так, доктор?
Блейз долго смотрел на меня. И морщился, будто заметил в чашечке цветка мерзкую гусеницу.
– Не думал, что вы…
– Какая? – спросила я жестко. – Не хочу брать на себя ваши преступления?
– Преступления? – Блейз фыркнул. – Еще скажите, что жалеете их!
– Почему нет? – я пожала плечами.
– Потому что они – не люди! – отрезал он с потрясающей убежденностью. – Мастерс разбогател, торгуя грязными секретами. Его приятель, Дадли, примчался ко мне в панике. Он увлекся
– А официант? – напомнила я. – В чем виноват он? Что вам потребовалось его место?
– Можно подумать, он возражал, – фыркнул доктор, чьи смуглые щеки заливал румянец. – Стоило пообещать денег, и он тут же предал своего хозяина.
М-да. Бишопу надо устроить хорошую чистку в рядах. Что-то мафиози совсем от рук отбились.
– То есть вы хороший, потому что убивали плохих? – скептически уточнила я.
Он покачал головой.
– Нет, мисс Вудс. Но они получили по заслугам. Мастерс с Дадли как-то узнали о моей поддельной биографии. Они меня шантажировали. Меня! А ведь я всего-то хотел стать доктором. Чтобы разобраться, понять! Как сделать, чтобы все полукровки владели магией альбов?
Я прикусила губу. Похвальное намерение, а вот методы так себе.
– Ну-ну… В общем, доктор. Мне плевать, почему вы их отравили. Мне нужны деньги, и сегодня же.
Он покусывал губы, затем поднял взгляд на меня. Нехороший такой взгляд.
– А не боитесь, что я вас тоже… убью? Я ведь уже четверых прикончил.
– Не боюсь, – я почти не покривила душой. И позвала: – Лейтенант!
Дверь распахнулась. Жалобно задребезжало на сквозняке оконное стекло.
Вот где пригодилось умение Эллиота открывать замки!
Полицейские ворвались в комнату.
Как уличные псы чуть раньше…
Додумать я не успела.
Блейз схватил меня и рывком выдернул из кресла. Одной рукой притиснул к себе, а другой прижал к моему горлу что-то холодное.
Ужасно хотелось сглотнуть. И страшно даже шевельнуться.
– Стойте! Иначе она умрет, – а голос у доктора холодный, как сталь. – А вы, мисс Вудс, даже не думайте о каких-то ваших штучках. Знаете же, почувствую.
Потрясающее хладнокровие! Проняли Блейза только собаки, да и то ненадолго.
Эллиот встал в паре шагов и поднял руку, останавливая полицейских.
– Опустите нож! – потребовал он сухо. – Блейз, не дурите. И сразу говорю – мы все слышали. Вам все равно не уйти. Сдавайтесь или я прикажу стрелять.
– Тогда она умрет! – вот теперь в голосе доктора прорезались истерические нотки.
– И что? – лейтенант пожал плечами. – С какой стати меня должна волновать жизнь какой-то блондинки?
Я прикрыла глаза. Он ведь блефует! Или нет? Что, если Эллиот легко скинет меня в отбой, как сыгранную карту?
Кого интересует судьба червяка, когда рыба уже попалась на крючок?
Рука на моем горле дрогнула…
Потом странный звук. Хрип. И Блейз за моей спиной обмяк.
Я отскочила и только потом оглянулась. Тяжело сглотнула.
Эллиот запрокинул голову, пытаясь унять капающую из носа кровь. Кажется, за последние дни он колдовал слишком много.
Зато Блейз – несомненно, мертвый – скорчился на полу, вцепившись обеими руками в торчащий из кадыка нож.
Не нож – скальпель. Бритвенно острый.
И ведь он мог проткнуть мое горло!
Меня замутило.
***
В участке я проторчала почти до вечера.
В меня влили три чашки кофе с коньяком, и только после этого дрожь унялась.
Я позвонила Бишопу. Заверила, что со мной все в порядке. Отказалась от адвоката.
Допросы, протоколы, очные ставки…
Эллиот умудрился многое раскопать. И особенности биографии Блейза, и его научные работы – как я и думала, они касались наследования магии, и даже показания институтских приятелей Блейза, которые подтвердили, что он в студенческие годы подрабатывал официантом.
Лейтенант перерыл вверх дном весь дом покойного доктора Блейза. И ведь сумел-таки найти небольшую бутылочку темного стекла.
– Мисс Вудс, это оно? – нетерпеливо спросил он, сунув мне под нос эту гадость. – То, о чем я думаю?
Я не стала язвить.
Откупорила пробку, принюхалась и кивнула устало.
– Черноголовник. Три капли на стакан… и чуточку магии. Будем испытывать?
– Нет уж! – Эллиот даже передернулся. – И, мисс Вудс… Спасибо!
