– Оно почти сбылось, – Алор улыбнулся, положив руку на грудь, где уже заживала рана, – я ведь не поверил, полюбил ее. Но успел остановить, опередил.
– Любить нам опасно, – с печалью в голосе произнёс Маст, – не то время и обстоятельства , – собственные слова били по нему, – а шрам твой будет лучшим напоминанием.
– Шрам? – Зарат вопросительно посмотрела на генерала, ища на свободной от одежды коже повреждения.
– Да, она успела размахнуться, а я был пьян, чтоб остановить сразу, – он пожал плечами, – после этого и двинулся за вами. До сих пор не знаю, почему я взял его, – он кивнул на Маста, – с собой. И мысли не допускал, что он может с легкостью добить меня в пути.
– А я мечтал об этом, – парень рассмеялся, – все ждал, когда же ты ослабнешь. Один на один, ночь, пустой тракт и леса по пути. А потом увидел зачем ты меня взял, – он опустил глаза и нахмурился, – я бы себе не простил смерть того, кто вел меня спасать её, – он запнулся и прикрыл глаза.
Зарат сжала губы и, не отрываясь, смотрела на Маста. Каждое его слово в её адрес, каждое действие отдавались теплом, но во взгляде была тоска, сжимающая сердце. Внешность его была сурова – настоящий воин, будь она в момент первой встречи в ясном сознании, наверняка бы испугалась. Да и до сих пор опасалась, хоть и причин тому не было.
– Мы разойдемся перед Ремаратом, – Алор остановился на поляне в лесу, дожидаясь весь отряд, что тянулся следом. Пешие отряды уже поравнялись с конницей.
– Зачем? – Урей спустился с коня и жестом указал лучникам разойтись по лесу.
– Десяток человек пустят среди народа весть о мятеже, – Маст встал рядом с Алором и, выпрямившись, повысил голос, чтоб быть услышанным в толпе, – нам нужен десяток скрытных добровольцев. Мы должны отправиться Ремарат, пустить в народ слух о нас.
– Ты не отправишься туда, – Медис сделал шаг вперед, – командирам ни к чему попадать в город, полный стражи и гвардейцев.
Вслед за ним вышли вперед ещё 7 человек, еще несколько человек шагнули, но затем вернулись, пересчитав стоящих. Маст и Алор почти одновременно кивнули и спешились. За лесом начиналась каменная дорога на Ремарат, по которой предстояло отправиться добровольцам. Они оставили оружие перед конями командиров и, не дожидаясь утра, направились в город. Каждая минута была драгоценной в этой надвигающейся войне.
– Привал, – Маст вонзил меч в землю, – пару часов и идем дальше. Никаких костров.
Добра спрыгнула с коня, теперь ей ничего не мешало быть более ловкой. Радир отыскал для неё короткое платье и кожаные плотные брюки. Перчатки, что он вручил при отправлении, она сразу надела, натягивая их почти до локтей. Он давно опередил отряд, догоняя разведку. После их встречи на деревенской улочке он вдруг стал стеснительным, и, казалось, избегал её.
– Не переживай, – Зарат будто прочитала её мысли, – это нормально, – она улыбнулась и чуть склонила голову на бок, – он очень чуткий, но скромный парень. Скоро он привыкнет, что ты есть рядом, и все наладится. Он понимает, насколько сложно будет впереди, совмещая войну любовь.
– Так значит, он сомневается? Сомневается в том, нужно ли это именно сейчас? – Добра теребила в руках растрепанную косу.
– Да, – Зарат мягко улыбнулась, – Он примет верное решение, не стоит переживать.
Добра кивнула и улыбнулась. Быть может, Радиру просто нужно время на осознание.
Луна поднялась над снегами, освещая редкий лес. Алор отдал команду свернуть скорый лагерь и, спустя час, отряд уже двинулся дальше, чуть ускорившись. Вспоминая совет Огня, воины разожгли факелы, разбивая сумрак вокруг. Луна была яркой, но факелы светили сильнее.
– Ты отдыхала? – Маст скинул капюшон, чтоб слышать ответ девушки.
– Немного, – Зарат пожала плечами, – спасибо за одежду.
– Не за что, – Маст посмотрел на неё, оценивая вид.
Брюки из плотной ткани были чуть велики, оставляя свободу движений, вставки из кожи отражали яркое пламя его факела. Длинная рубашка доходила до середины бедра, а по нижнему краю ее проходила бледная вышивка растительным орнаментом. Сверху ее закрывала кожаная куртка, похожая больше на платье, свободные рукава на локтях переходили в нарукавники, а затем – перчатки закрывающие полностью три пальца.
– Тебе идёт, – он мягко улыбнулся и отвернулся к дороге, – но платье выглядит лучше.
– Если выиграем и выживем, сошью себе десяток новых платьев, – она прикрыла глаза, не увидев, как Маста передернуло на этих словах.
– Тебя Жизнь сбережёт, – он был зол, пытаясь скрыть этот своём голосе, – мы не дадим тебе погибнуть.
Девушка опустила голову, сжимая в руках поводья. Она все решила и зависеть от мнения других не желала. Но он был для неё кем-то особенным, кого она хотела слушать. В голове боролись две точки зрения, от чего девушку разрывало на части.
– Я не запрещал тебе идти, – Маст продолжал так же грубо, не поворачиваясь к девушке, – не собираюсь держать в стороне от боя. Но за каждую рану я буду не только убивать тех, кто нанёс их, но и наказывать тебя. Устно, что тоже весьма неприятно, – он чуть смягчился, – ну и чего ты нос повесила, леди?
