– За что? – Добра легла на снег, пытаясь сделать вдох.
– Ты должна была умереть в Порту, – он присел на корточки, хватая ее за волосы, – ты мусор. Красивый мусор. А Даар хотел сделать тебя королевой, но не успел, – Артен качнул головой и усмехнулся.
– Ты сам мусор! – Радир подал голос из-за его спины, схватил Артена за подбородок, другой рукой он обхватил плечи, пытаясь перевести дыхание, – я знал, что нужно было убить тебя в Рейте, – резким движением он повернул его голову до звонкого хруста.
Тело мужчины упало на снег, как мешок. Но парень лишь перешагнул его, падая на колени в красный снег. Он наклонился к Добре, чуть приподнимая ее от земли. Затем, Радир крепко прижал ее к себе, закрывая свистящую рану на спине.
– Господин, – она сжала его белую рубашку в кулак, – я не хочу.
– Добра, – он сильнее прижал ее к груди, – прости, прошу. Нельзя, чтоб это было последним, что ты слышала. Я влюбился, влюбился как мальчишка, но так боялся этого, – он прижался к ее волосам, вытирая слезы.
Девушка уже ничего не ответила. Лицо стало спокойным, последние слёзы скатились по щекам, а пальцы разжались. Парень рычал от ярости, от злости и обиды, продолжая прижимать уже безжизненное тело.
– Здравствуй, Радир, – словно эхо раздался скрипучий голос. Не понятно было, мужской он или женский.
Парень поднял глаза на фигуру, возникшую перед ним. Фигура в бесформенном балахоне, окружённая темным туманом, смотрела на него, чуть склонив голову.
– Давно я жду тебя, но, увы, сейчас я не по твою душу. Снова, – она присела на колени, – но, – Смерть сделала паузу, желая услышать глупый вопрос.
– Не тяни, что но? – Радир опустил тело Добры на снег.
– Я предлагаю тебе сделку, – она улыбнулась, – без контракта. На словах.
Парень прикрыл глаза. Он не считал себя безумцем, но Смерть явно предложит спасение Добры. Только чего она захочет взамен? Сделки с покровителями были под запретом ими же самими.
– Ты знаешь, чего я желаю. Я дам тебе срок в неделю, решишь. А если нарушишь договор – заберу ее навеки, а твоя душа вечно будет страдать на земле.
– Стой, – он схватил покровителя за руку, но мгновенно отпустил, опуская глаза, – ты же знаешь, что сейчас я на это соглашусь.
– Запомни моё условие, – она выдохнула розоватый пар и исчезла, – ещё увидимся.
– Надеюсь, не скоро, – он проследил, как розовый пар растворился на бледном лице девушки, – Добра… – Радир осторожно коснулся пальцами её губ.
Время вокруг будто остановилось, даже снег опускался на землю медленнее. Тишина со всех сторон давила, тисками сжимая голову.
– Ты не нарушишь сделку, – едва Радир договорил, время вновь восстановилось, а тишину разорвал шумный вдох и кашель девушки, – Добра! – он поднял ее с красного снега, а кровь будто вернулась в тело, оставляя тонкие дорожки, – я люблю тебя, – уже нежнее он прижал ее к груди, давая отдышаться.
– Радир, – она чуть улыбнулась, прикрывая глаза, – как так вышло?
– Воля богов, на все воля богов, – парень улыбнулся, вновь погружаясь в мысли.
За тяжелой дверью уже прогорал камин, воздух прогрелся, не смотря на приоткрытые окна. Маст сделал шаг в комнату и замер. Чутьё настойчиво говорило, что здесь он не один. Медленно вынув из-за пояса короткий кинжал, он огляделся, не сходя с места.
– Маст? – Зарат поднялась с диванчика, что стоял спинкой к парню.
– Что ты тут делаешь? – он убрал оружие, не сходя с места.
– Прости, – она встала, укрывая диван мехом, – я… я сегодня убила того, кто хорошо ко мне относился, просто за то, что он гвардеец. И я боюсь, – она не подходила, но смотрела в глаза парню, – почему они вернулись?
– Надо отдохнуть, нет никаких сил выяснять это, – Маст обессилел настолько, что слушать никого хотел.
Он подошёл к двери и открыл ее, показывая девушке на выход. Зарат кивнула и медленно вышла. Едва она переступила порог, дверь захлопнулась. Тьма коридора была поначалу непроглядной, но глаза медленно привыкали. Девушка медленно опустилась на пол, поджав ноги под себя. Темнота и шорохи в давящей тишине ее пугали. Яркая вспышка моментально ослепила ее, сменяясь туманом ночи.
– Переусердствовал, – Маст сел под дверью, развязывая шнурки на рубашке, – я не в силах, леди. Утром, все утром, – он снял рубашку и прикрыл глаза, почти проваливаясь в сон.
Тишину разрушал лишь треск поленьев в камине и едва уловимое тяжелое дыхание за дверью. Оно сменилось шорохами тяжелого ковра, а затем всхлипами.
– Маст, Маст, – девушка захлёбывалась слезами, пытаясь постучать в дверь, – Маст, – она шумно задышала. Стон сменился на хрип.
Маст встал на колени и распахнул дверь, Зарат упала на него, закрывая руками глаза. Тело трясло, а острые ногти впивались в тонкую кожу лица.
– Руку, скорее, – она вслепую искала его ладонь, хватая в кулак воздух, найдя, наконец, крепкую руку, она внезапно перестала дышать.
