Но Лазарев всё-таки уломал его тогда, и они опять поехали к нему домой. Это повторялось всю следующую неделю: Лазарев подбирал Кирилла около его работы, вёз домой, кормил ужином, ёб, подбрасывал утром до метро. Вернее, он старался думать об этом именно так, как о последовательности необходимых действий. На самом же деле он постоянно ловил себя на мысли, что ему это нравится. Что это то, как он, наверное, хотел бы устроить свою жизнь, если бы в ней не было сына. Возможно, он даже решился бы на что-то более тесное и близкое: вряд ли на полноценную совместную жизнь, но на какое-то подобие её — совместные выходные, второй комплект ключей для Кирилла. Хотя того, возможно, такое как раз не устроило бы: он не хотел отношений, возможно, даже боялся их. Он тоже пытался представить их как последовательность ничего не значащих действий, но всё же втягивался в них: иногда рассказывал что-то о себе, пару раз поучаствовал в приготовлении завтрака, оказывается, запомнив, что в каком ящике хранится, привык к крану в ванной, а вчера после секса позволил Лазареву долго гладить себя, голову и плечи, а потом вдруг поймал его руку — Лазарев сначала подумал, что для того, чтобы скинуть — и, крепко стиснув, прижал к груди. Там он продержал её не больше двух секунд, подтянул повыше к шее и, опустив подбородок, устроил в тесной тёплой ямке под ним.
Лазарев, который запланировал в тот вечер поговорить с Кириллом насчёт отпуска, не смог этого сделать. Торопливо предложил утром, пока они собирались: он сам на работу, Кирилл — неизвестно куда.
— У меня скоро отпуск. Может, съездим куда-нибудь вместе?
— Куда? — Кирилл, натягивавший джинсы, замер и посмотрел на Лазарева почти испуганно.
— Не думал. Можно в Турцию. Хотя там жарковато сейчас.
— Нет, — Кирилл опустил глаза и начал возиться с молнией. — Я не могу.
— Почему? На работе не отпустят?
— У нас самый сезон сейчас. Но вообще-то отпустят. Просто не могу.
— Из-за денег? — прямо спросил Лазарев. — Всё за мой счёт.
Кирилл посмотрел на него без особой радости, скорее, напряжённо.
— Я подумаю.
— Думай быстрее.
— Может, где-нибудь здесь лучше?
Лазарев покачал головой:
— Здесь… сложнее. Там никому нет дела до того, кто с кем спит. Можно взять отель, где в основном какие-нибудь немцы и голландцы, и всем плевать… Или вообще какой-нибудь гей-френдли найти.
Кирилл не желал встречаться с ним глазами.
— Я подумаю.
— Ага, думай, — Лазарев поймал Кирилла за локоть, когда тот подошёл к дивану взять свою футболку — ему нравилось его касаться, иногда хотелось невыносимо. — А, и ещё… У тебя загранпаспорт есть?
— Нет, конечно.
— Это хуже. Но, в принципе, можно быстро устроить. Так что не тяни.
Глава 5
— Слушай, а почему я? — спросил Кирилл, когда они уже подъезжали к дому.
— А почему нет? — Лазарев прищурился, рассматривая, кто сидит на скамейках напротив подъезда. Днём их занимали мамы, одним глазом наблюдавшие за детьми на площадке и непрерывно что-то тыкавшие в телефонах, вечером — молодёжь. Молодёжь садилась спиной к песочнице, лицом к подъезду, вот как сейчас.
— Тебе бы подошла какая-нибудь манерная пидовка.
— Это с чего? — удивился Лазарев.
— А так… В твоём вкусе, мне кажется. Я же вообще ни о чём.
Лазарев не ответил: на скамейке он увидел живущих в этом же доме Ивана и Димку — одноклассников Ильи. Давно боялся, что это случится.
Он не может сейчас выйти из машины с Кириллом. Они обязательно окликнут его, и тогда… Может, поставить машину подальше, а потом… Нет, всё равно заметят, малолетние долбоёбы… Делать им больше нечего, кроме как чипсы тут жрать. Мимо них в подъезд никак не прощемить.
— Давай лучше в кафешке поужинаем, — предложил он Кириллу: они уже ехали мимо подъезда.
— Как хочешь, — Кирилл не стал отказываться. Ему обычно было всё равно. Он никогда не делал никаких предложений, как им провести вечер. Его всё и всегда устраивало.
Кирилл больше не возвращался к расспросам, потому что на радио пошла реклама, и он начал крутить тюнер, чтобы поймать музыку. Лазарев же думал о том, что привозя Кирилла к себе каждый раз рискует. Рано или поздно они столкнутся во дворе с кем-то из друзей Ильи. Утром нужно было на работу — большинство подростков летом в такую рань ещё дрыхло, а вот вечером вполне можно было на кого-нибудь напороться. До сегодняшнего дня везло, но надеяться на везение дальше было нельзя.
Надо уезжать отсюда.
В кафе Кирилл заказал жаркое в горшочке. Лазарев успел съесть свой ужин, а Кирилл всё ещё тыкал ложкой в горшочек, из которого валил влажный, пахучий пар. Время от времени он вылавливал кусочек картошки или мяса и долго дул на него, складывая трубочкой раскрасневшиеся от горячего губы, прежде чем отправить в рот.
