В 1925 году он вступил в нацистскую партию, где его в первое время, помня о сельскохозяйственном хобби, называли простецки «Гиммлер-навоз». В эти годы началось формирование личной охраны Гитлера – отрядов «Shutzstaffeln» – сокращенно SS. В 1929 году эту особую гвардию фюрера возглавил Гиммлер. Он начал менее чем с двухсот человек, постепенно превратил СС в партийную полицию, а затем и в армию, дал эсэсовцам статус рыцарского ордена. В 1929 году получил от Гитлера звание рейхсфюрера СС. С 1933 года полицей-президент Мюнхена. В 1936 году статс-секретарь Имперского министерства внутренних дел и начальник германской полиции. В дальнейшем добился слияния полиции и СС. Имперский комиссар по укреплению германской народности, ответственный за депортацию и германизацию в захваченных вермахтом и войсками СС странах Восточной и Южной Европы. Главный организатор уничтожения евреев, поставивший это непостижимое по объему убийство на самую высокопроизводительную технологию.
С 1943 года Генрих Гиммлер – имперский министр внутренних дел и генеральный уполномоченный по имперской администрации. После неудачного покушения на Гитлера, когда доверие к военным пошатнулось, Гиммлер взял на себя еще две, уже чисто армейские должности – командующего армией резерва и начальника вооружения сухопутных войск.
В этом последнем качестве он непосредственно отвечал теперь перед фюрером за создание атомной бомбы.
– Вы знаете, конечно, – заговорил Гиммлер спокойным голосом, будто бы и не походил на разъяренную овчарку минуту назад, – директиву фюрера, которой устанавливался максимальный срок для любой работы над любым оружием – шесть месяцев. Все остальное исключалось из планов научно-исследовательской работы или зачислялось во второстепенные мероприятия. Это была ошибка, мой Вальтер, и теперь уже слишком поздно ее исправлять. Но вы знаете нашего фюрера, и мне не хотелось бы обременять его гений последним неприятным событием. Видите ли, это может стоить кое-кому головы… Вы поняли меня, Шелленберг?
– Так точно, понял, рейхсфюрер, и совершенно с вами согласен: гений фюрера должен быть направлен только на победу германского оружия, а неприятные события – наш с вами удел. И потом, я уверен, что лучше реальные ракеты «Фау-2», которые уже сыпятся на головы лондонцев, чем фантастические обещания наших ученых. Сейчас для нас главное – выиграть время, рейхсфюрер.
Едва Вернер фон Шлиден свернул на Оттокарштрассе, направляясь к дому и магазину Вольфганга Фишера, он сразу заметил, что из калитки бакалейщика вышла молодая женщина. Еще издали гауптман с профессиональной наблюдательностью отметил, что посетительница Фишера неуловимо, будто невзначай, оглянулась по сторонам, проверилась, хотя это могло быть случайным, в эти трудные времена каждый немец и каждая немка жили оглядываясь…
Девушка явно увидела Вернера, который сбавил шаг, т е п е р ь она посмотрела по сторонам, будто решая, куда идти, и двинулась фон Шлидену навстречу. Метров за десять до того места, где они поравнялись, Вернер внимательно посмотрел на ее лицо, которое наполовину было скрыто низкими полями шляпки, ему вдруг показалось, будто похолодело сердце. Вернер едва не вздрогнул, но тут же взял себя в руки и приложил два пальца к козырьку своей длиннотульей щегольской фуражки.
Девушка посмотрела на бравого офицера мельком, фон Шлидену показалось, что даже равнодушно как-то, и это задевало, настораживало. Молодая немка могла смотреть на офицера вермахта или тем более войск СС исключительно с обожанием, готовая по первому его знаку ложиться в постель, чтобы зачать для фюрера нового солдата.
Уже потом Вернер фон Шлиден, проигрывая в памяти эту встречу, понял, что во взгляде встреченной им женщины было не равнодушие, а нечто иное. А тогда взбудораженный невероятным сходством, странностью ситуации и самыми дикими предположениями повернулся и стал смотреть девушке вслед.
Она дошла до угла, повернула за него, так ни разу и не оглянувшись.
Вернер фон Шлиден пожал плечами, снял фуражку, вытер почему-то вспотевший лоб и толкнул калитку.
– Кто она, ваша недавняя посетительница? – спросил гауптман бакалейщика, когда они покончили с делами и Вольфганг Фишер предложил Вернеру фон Шлидену чашечку натурального, такого редкого в те дни кофе.
– Вы кого имеете в виду? – осведомился бакалейщик. – Посещают меня довольно многие. Такова особенность моей профессии.
Гауптман описал внешность встреченной им на Оттокарштрассе незнакомки.
