- Хорошо. Пойдем, куда ты хочешь. Господи, Этан, ты ведь даже сидеть ровно не можешь.
- Отпусти меня, я сама.
- Конечно. Только, осторожно, не упади. Голова кружится?
- Да. И живот внизу… Какая противная, неприятная боль.
В жизни не испытывала ничего подобного. Ладно, не беспокойся, пройдет сейчас.
- Нет, Этан, ты совсем бледная, еще немного и вообще зеленой станешь. Позволь я поддержу тебя, - сказал Рут, осторожно прижимая ее к себе. - Вот так тебе удобно? Я не смотрю и ничего не вижу. Только… Я так давно хотел… Можно я поглажу твои волосы?
- Ты меня смущаешь, Рут. В такую минуту…
“Я уже давно жду, когда ты, наконец, попытаешься сделать это. И мне очень интересно: зачем тебе это надо и что именно я должна при этом чувствовать? Даже сама себя по голове как-то раз погладить попробовала - и так, и этак. И Талин попросила - ничего особенного”.
- Ладно, гладь, - опустив глаза, прошептала она. - Надеюсь, мурлыкать мне не обязательно?
- Спасибо, Этан.
“Господи, как это приятно. И хорошо. - Этан уткнулась лицом в грудь Рута. - Еще. Продолжай, не останавливайся. Мне кажется, или ты, действительно, начал слышать меня?”
- Я понимаю, как тебе неловко сейчас, но постарайся, пожалуйста. Не надо стесняться.
“Все время, прошедшее с последней нашей встречи, я хочу и готова отдаться тебе. А ты настаиваешь, чтобы я сделала ЭТО! При тебе! И мне придется… Я уже не могу больше… Проклятая физиология! Как стыдно. Гладь меня!”
- Боже мой… Какой позор…. Рут, прости, что ты сейчас был рядом со мной и видел это…
- Все в порядке, Этан, ты просто умница.
- В порядке!? Я и не знала, что ты такой бесстыжий, Рут. А я - вообще, просто чудовище.
- Перестань, пожалуйста. Все нормально, не случилось ничего страшного. Мне тоже было бы неудобно в такой ситуации. Но ты, наверное, не отказалась бы мне помочь, и не ушла? Да, Этан? Лучше скажи, ты готова вернуться на кровать?
Она, молча, кивнула головой.
- Пойдем. Все хорошо. Ты слышишь? Ну, что ты молчишь? Я делаю что-то неправильно? Не так, как нужно? Извини, я в первый раз ухаживаю за взрослой больной девушкой. Я научусь, честное слово.
- Нет, мне просто очень стыдно, Рут, - вздохнув, сказала она, устраиваясь в постели. - Ты всегда хотел меня как женщину, а получил беспомощного ребенка.
- Ничего, - улыбнулся он, накрывая ее одеялом. - Ты вырастешь у меня на глазах. Почему ты так смотришь на меня, Этан?
О чем ты думаешь?
- О том, что лучше бы я умерла. Кому я теперь нужна, такая?
- Мне, - быстро ответил Рут, осторожно, словно боясь сделать больно, сжимая маленькие тонкие пальцы ее рук в своих ладонях. - Ты нужна мне. И я никому тебя не отдам. Даже Кали.
Этан прикрыла глаза, чтобы скрыть подступающие слезы. Неужели это правда? И она, действительно, все-таки, нужна ему? Почему? Вокруг столько девушек - красивых, доступных, готовых на все. Им нет необходимости пачкать в крови свою ауру и мягкие нежные руки. И рядом с ними - Этан. Колючая, неблагодарная
и несправедливая. Которая столько времени не способна была даже понять, что Рут ее любит…
- Сейчас я приду. Только ведро поменяю. Лежи и не думай о глупостях. Хорошо?
- Не задерживайся, - попросила она.
Дождавшись его возвращения, Этан взяла его руку в свою ладонь и уснула на два часа. Проснувшись, съела немного бульона.
- Оказывается, уже темнеет, - посмотрев в окно, сказала она. - Где ты будешь спать? Там, в другой комнате, есть диван.
- А можно я останусь здесь? - попросил он ее. - На полу что-нибудь постелю.
- Ладно, не приставай только, - чуть заметно улыбнулась Этан.
“Дождешься от тебя, как же”, - со вздохом подумала она про себя и уснула теперь уже до утра.
Боли у нее почти прошли уже на следующий день, и в покое состояние можно было бы даже назвать вполне удовлетворительным. Однако стоило ей встать, как страшная слабость накатывала на нее, ноги буквально не держали, голова кружилась, и уже через пару минут она вынуждена была снова ложиться в кровать. Рут все время находился рядом с ней, постепенно Этан привыкла к его присутствию и уже гораздо меньше стеснялась его. Однако, несмотря на все уговоры, есть что-нибудь, кроме бульона, молока и соков категорически отказывалась. На четвертый день она, после долгих колебаний, разрешила ему помочь вымыть себя: постоянное чувство дискомфорта и стыд за свое, казавшееся непривычно грязным
и нечистым, тело оказались сильнее стеснительности.
- Женщин здесь нет, и лучше уж со мной там будешь ты, чем кто-нибудь еще, - сказала она Руту. - Не пялься на меня совсем уж откровенно, ладно?
- Я постараюсь, - ответил он.
- Ладно, попробуем, - смущенно отворачиваясь в сторону, сказала Этан. - Можешь не смотреть, как я раздеваюсь?
- Да, конечно, - отвернулся он.
- Все, я готова.
Рут повернулся и словно в первый раз посмотрел на нее.
- Наверное, я сейчас кажусь тебе совсем маленькой девочкой, - чтобы скрыть неловкость, пошутила она. - Надеюсь, ты не захочешь воспользоваться моей слабостью и беззащитностью.
- Нет, ты уже совсем большая и взрослая, Этан, - улыбнулся Рут, осторожно дотрагиваясь до ее плеча мочалкой. - Даже неудобно отшлепать тебя за такие слова.
