– Так Эллиоту и надо! Что же, спасибо за совет. Надеюсь, мы с вами больше не встретимся.
Щелчком отправила окурок в лужу и вышла под дождь.
***
Эллиот успел расположиться у камина со всеми удобствами: кошкой, бутылкой и тарелкой с нехитрой снедью.
– Присоединяйся, – пригласил он щедро и рукой по ковру похлопал. Дескать, места с избытком.
Цыц взглянула на меня, приоткрыв один глаз, и вновь зажмурилась. Похоже, внимания ее кошачьего величества меня сочли недостойной.
– Зачем ты ее задирал? – спросила я с некоторым раздражением, и цапнула сандвич с его тарелки. Устроилась поодаль, повернувшись боком к огню и подобрав под себя ноги.
Не то, чтобы Патрисия Эллиот стала мне вдруг симпатична – не люблю избалованных дамочек – однако… Не так она, оказывается, плоха.
– Полагаешь, мои претензии к ней недостаточно веские? – осведомился Эллиот чуть похолодевшим тоном.
– Полагаю, – ответила я ему в тон, – что ты умеешь держать себя в руках.
Если, конечно, хочет.
Он сверкнул глазами, но как-то устало, без огонька.
– Я – умею, – ответил выразительно. – А Пат нет. В раздражении она часто говорит лишнее.
Так вот почему!..
– Ладно, ладно, – подняла руки я. – Это был коварный план, я поняла. И что дальше?
– Дальше? – Эллиот взглянул на меня из-под полуприкрытых век. – Хороший вопрос. Теракт надо предотвратить, это ясно…
– Вот только как?
– Придется ехать в Тансфорд, – Эллиот рассуждал вслух, потирая лоб. – Полагаю, наши дела в столице практически закончены.
– Наши? – переспросила я и потянулась, примеряясь к следующему сандвичу. Аппетит вдруг проснулся просто зверский. Когда я в последний раз ела? Вспомнить бы… Клубника с шоколадом не в счет.
– Ты ведь меня не бросишь, – сказано это было как-то так, что немедленно захотелось как раз бросить. И гадость какую-нибудь сказать напоследок. Вот что он со мной делает, а?
– Не брошу, – согласилась я мрачно и сандвич утащила-таки. – И Бишопу надо сообщить.
– Само собой. Обо всем. Как же я это упустил, а?
И ладонью по ковру хлопнул весьма раздраженно. Вышло не слишком эффектно – ткань все же, еще и ворс. Кошка вон даже глаз не открыла, только дернула хвостом.
– Но ведь выяснил же в конце концов, – заметила я успокаивающе.
– В конце концов, – согласился он зло и одним глотком допил коньяк.
– Странно, – заметила я, самым некультурным образом облизывая пальцы. Идти за салфетками было лень. – Что тесть не попытался сначала договориться с тобой миром. Как-никак родственник.
– Мне пару раз намекали, – сознался он нехотя. – Не Харрел, конечно. Он хитрый лис, побоялся бы выдавать свой интерес.
– А ты?
Эллиот вскинул голову.
– А я сказал, что интересы Империи ставлю превыше всего. Я ведь жизнь на это положил, понимаешь?
В черных углях его глаз тлела тоска.
– Понимаю, – согласилась я тихо.
Отдел этот, со всеми его стратегическими планами и прочими нуждами и был его жизнью. Деньги? Никогда они для Эллиота особого значения не имели. Это же видно. Например, он не стыдится старого автомобиля, как и не гордится новым. Всего лишь использует по мере нужды. Семья? Эллиот сам признался, что не слишком ею занимался. Да и когда? Работа занимала все его время. Она и только она стала смыслом и целью. И, надо признаться, делать ее Эллиот умел получше многих. Но…
– А что потом? – вырвалось у меня, когда я представила долгие-долгие годы, до самой смерти, заполненные одной только работой. – Скажем, на пенсии? Ты ведь когда-нибудь…
– Вряд ли я доживу, – и чудилась в этих словах почти… надежда? – Хотя, знаешь, – он заглянул в пустой бокал, потянулся и налил еще, – иногда мне хочется-таки все бросить. Я ведь отдал службе уже двадцать пять лет. И ты даже не представляешь, как я устал…
– Так уходи. Сейчас самое время.
Сказала и сама же хмыкнула. Представить это не получалось.
– Проигравшим? – вскинулся Эллиот. – Ни за что!
И подбородок упрямо выпятил. Ну кто бы сомневался?
– Значит, ты тестю мешал, – сменила тему я. Хватит уже разговоров о личном, слишком далеко они могут завести. – А Морган? Зачем Харрел прикончил собственного племянника? И, кстати, на того убийцу он не похож.
– Вряд ли он сделал это сам, – теперь Эллиот пил понемногу, скорее смачивал губы. – Скорее опять Дженкинс постарался. Надо бы его тебе показать.
Шустрый малый. И секретарем у Харрела служит, и в начальники Особого отдела, если верить Пат, метит. И саму Пат окучивает. Еще и убийцей на досуге подрабатывает!
– Надо, – согласилась я. – Странно, кстати, что он мне до сих пор на глаза не попадался.
– Харрел отослал его по делам, – напомнил Эллиот, постукивая пальцем по губам. – Подозрительно вовремя. Надо было сопоставить это раньше!
Теперь все и впрямь казалось очевидным. До того же… Попробуй увидеть целое в ворохе кусочков! Задачка та еще.
– А мотив? Зачем Харрелу избавляться от единственного племянника? Пусть даже чужими руками.
– Морган был неисправимым игроком, – напомнил Эллиот, пожав плечами. – Полагаю, Харрелу смертельно надоело выручать его из беды и раз за разом выплачивать его долги.
