Времени на прогулку ему хватило с лихвой. Несмотря на все старания Джона, который из лучших побуждений старался сократить пребывание Синди в Анатаре, из-за расписания планетолетов у Синди был целый день, потому что встреча была назначена на вечер. Синди думал сперва, что побежит встречаться с друзьями, но внезапно понял, что хочет сначала поздороваться с самим городом. Он гулял по улицам, пересекал площади и скверы, ел в знакомых кафе. Анатар легко принимал его снова, со всеми своими офисами, небоскребами, скульптурами и мостами. По сравнению с леденцово-ярким Парнасом центр Анатара казался почти серым и спокойным, но это ничуть не умаляло любви Синди. «Никуда я не полечу после инструктажа», — понял он. — «Останусь тут до вылета…»
Офис был совершенно стандартный, ничем не отличавшийся от офисов Гайи. Видел один — видел все, разница только в цене кресел, коммов и обоев. Синди и Джон прибыли минута в минуту, и к их появлению за столом уже расселись остальные участники. Синди поздоровался и улыбнулся, увидев несколько знакомых лиц — к счастью, приятных. Перспектива провести месяц на острове бок о бок с недоброжелателем его не грела.
— Вы точны, господин Блэк, — улыбнулась молодая женщина во главе стола, щеголяющая шикарным загаром. Синди решил, что это и есть инструктор по выживанию в условиях тропиков, но это была Лина Хофф, главный менеджер проекта, а инструктором оказался невысокий мужчина, жилистый и напоминающий обезьяну.
— Начнем? — предложил кто-то. — Время.
— Давайте подождем последнего участника, — улыбнулась Лина.
— Кажется, я опоздал, — раздалось от дверей, и Синди, сидевший спиной к входу, окаменел и убедился, что прошлого не существует, бесследно не пропадает ничего и никогда. Этот сильный голос с легкой хрипотцой он узнал бы из тысячи.
Саймон Блик прошел к свободному месту на другой стороне стола, по пути сбросив кому-то на руки плащ, сел, кинул на стол одну из своих непременных шляп и откинулся на спинку стула.
— Можно начинать.
— Спасибо, господин Блик, — с еле заметной иронией сказала Лина Хофф. — Уважаемые участники, я рада приветствовать вас…
Синди не слушал. А если бы и слушал, то не смог бы разобрать ни слова, будто разучился понимать человеческую речь. Он мог только смотреть.
Саймон скользнул равнодушным взглядом по лицам напротив и вдруг резко обернулся к Синди — узнал. Его глаза на мгновение удивленно округлились, но он тут же знакомо прищурился и медленно обнажил в улыбке зубы. Синди ограничился кивком.
Он не стал отводить взгляд. Синди знал, что все равно будет смотреть на Саймона, и сам Саймон это тоже знал, поэтому глупо было притворяться и изображать равнодушие.
Саймон мало изменился за пять лет. Скорее стал еще лучше, и в этом была особая вселенская несправедливость. Все тот же загар, все те же белые волосы — казалось, они стали короче, чем Синди их помнил. Мятая рубашка — возможно, Саймон вытащил ее откуда-то, когда времени гладить уже не было, но выглядела она на нем как находка дизайнера. Никто из знакомых Синди не умел так носить одежду, как Саймон Блик.
Среди его колец Синди безошибочно разглядел обручальное и чуть не поперхнулся. «Где-то кто-то сдох», — изумленно подумал он. — «Саймон Блик, панически боявшийся потерять свободу, женился». Синди неприятно царапнула эта новость. Между ним и Саймоном все было кончено, сам Синди тоже не жил отшельником эти пять лет, но сам факт, что кто-то умудрился приручить Саймона Блика, задевал самолюбие Синди.
Саймон тоже открыто рассматривал его, и Синди задался вопросом, каким бывший любовник увидит его самого. Синди отклонился от обычного образа, ему просто некогда было делать макияж и подбирать аксессуары, так что он был одет просто и строго. Он вдруг подумал, что в таком виде Саймон может счесть его изрядно поскучневшим. Может, это и к лучшему.
Они отвернулись друг от друга одновременно, как по команде. На экране проектора демонстрировались виды острова, слово перешло к маленькому тренеру. Синди не знал, слушает ли Саймон, но сам он по-прежнему ничего не понимал. Его мысли были заняты другими вещами, и на главный предмет этих мыслей Синди бросал косые взгляды.
Оказалось, он все еще помнил, даже мелочи въелись в его память накрепко. Привычка Саймона слушать, приподняв одну бровь, словно он с иронией относился ко всем словам собеседника. Когда ему было интересно, крылья длинного носа слегка раздувались, как будто Саймон принюхивался. Поза — откинувшись на спинку стула, нога на ногу, локоть лежит на столе. Улыбка… но здесь Синди пасовал, потому что у Саймона было сто тысяч улыбок на все случаи жизни.
Одно изменилось точно — взгляд. Когда Саймон перестал смотреть на Синди, это было особенно заметно. Блик и раньше умел изображать равнодушие, но именно что изображать, обычно при этом Саймон внутри кипел и мысленно бил собеседника кирпичом по голове. Сейчас же Синди видел в его глазах не то отрешенность, не то непонимание, что здесь делают все эти люди, а главное, он сам.
«Как он жил пять лет?» — подумал Синди. Это была очень опасная мысль.
