И чего она добилась? Старшие сестры хоть законным браком замужем, а Любка так с мужиком сошлась. До того влюбилась, аж дышала через раз, хуже Верки, честное слово. Он, говорит, гений! И художник, и композитор, и стихи сочиняет… гений! А Любка, получается, его музой сделалась. Хотя Софья Николаевна в гениальности любовника дочери сильно сомневалась. Гении, они, известное дело, все нищими были, а этот оборотистый. Зарабатывал на своих стихах да картинах с музыкой так, что даже Веркин Сергей вздыхал завистливо. Другое дело, что эти деньги у него не держались. Если повезет донести до дома, то швырнет Любе пачку, по-царски: «Ни в чем себе не отказывай!» Ну, а если не повезет, если друзья по дороге встретятся, тут уж извините. Принесут тебе, Любочка, пьяное тело, и вспоминай, какая у тебя зарплата, рассчитывай только на свое. Друзья, они ведь только пить вместе горазды, а денюшки врозь. Да и какие у них доходы, у прихлебателей? Работать-то никто не умеет. В их компании только у Любки стабильный заработок был. Вот она и пласталась, кормила и гения своего, и всю его компанию.
Только не учла… да что там, и не могла учесть, любовь глаза застила – гения удержать непросто. Ему и на штамп-то в паспорте наплевать, а уж без штампа и говорить не о чем. Нашел себе другую музу. Любка тогда чуть не отравилась. Хорошо, Верка с Надькой узнали, что гений ее бросил, примчались сразу, успели вовремя, спасли. Любка потом месяца три то у одной сестры жила, то у другой, пока не отошла маленько, не успокоилась. И что? Выбросила она из головы этого своего гения? Как же! Так и бегает вокруг него, взгляд ловит. А если он вдруг по старой памяти ночевать к ней завалится, так и вовсе счастлива.
И какая, спрашивается, из дочерей самой глупой получилась?
Полли нашла Сергея в гостиной. Он полулежал на диване, рассеянно глядя в потолок, начатая бутылка виски стояла рядом на полу.
– Пить из горлышка – это дурной тон, – с легким упреком заметила она. – Принести тебе снифтер?
– Не надо. – Сергей, не глядя, нашарил бутылку и сделал пару глотков.
– Понятно. – Женщина присела рядом, сочувственно погладила его по плечу. – Разговора не получилось.
– Не получилось. Нет, я не понимаю, чего они все взъелись-то? И все за Верку переживают, словно это я ее бросил! Между прочим, она сама от меня ушла, а на этот мелкий факт никто почему-то не обращает внимания!
– Люди… им всегда надо кого-то сделать виноватым. И, как правило, выбирают самого успешного, самого благополучного. Это просто зависть, Сережа.
– Да я понимаю. Но Пашка вроде никогда ничем таким не страдал. Тем более у него и самого все в порядке.
– На каком уровне «в порядке»?
– На нормальном. Такой, знаешь, прочный средний класс. Не миллионер, но и отказывать себе в чем-то не приходится. Квартира в Питере, квартира здесь, «лендкрузер» под седлом, а он тоже как однокомнатная квартира. И все сам, родители у него простые работяги. Не, упакован Пашка нормально.
– Пфф… – Полли небрежно, почти презрительно отмахнулась. – Тоже мне достижения! Ну, сумел он зацепиться в Питере, и что? В душе твой Паша остался глубоким провинциалом. В отпуск едет не на приличный курорт, а в наш город, что он здесь не видел? В гости пришел – с тортом и с букетом, это же анекдот из прошлого века! А сами цветы, ты их видел? Белые розы! Он бы еще полевые ромашки с васильками притащил. Нет, может, он и нормально, как ты говоришь, упакован, но не высший сорт. Совсем не высший.
– Наверное, – согласился Сергей. Поставил бутылку на пол и сел: – А я? Я – высший сорт?
– Ты – сорт экстра, – засмеялась Полли. – И переживать из-за того, что бывшим друзьям что-то не нравится, просто глупо.
– Глупо?
– Конечно. С твоим умом и хваткой оглядываться на каких-то неудачников просто нелепо.
– Да ладно, не такие уж они и неудачники. И вообще, как ты легко Володьку с Пашкой в бывшие друзья определила.
– Это не я, это они сами определились. – Полли тоже сменила позу и обняла Сергея. – Это они сделали свой выбор, когда отвернулись от тебя. И если кому о чем и сожалеть, то только им. Жизнь, Сереженька, всегда расставляет все по своим местам, и ты заслуживаешь большего. Я понимаю, детство, сентиментальные воспоминания, но сейчас… зачем эти люди тебе нужны сейчас? Тебе давно пора выстроить новый круг общения. И это должен быть не «нормальный средний класс», а повыше уровнем. Губернатор…
– А что губернатор? – Сергей тоже обнял ее за талию. – С губером мы как раз на «ты». Он у меня в должниках после того, как я помог ему вопрос с назначением решить.
– Вот! Очень правильно, что ты не пожадничал тогда, те деньги к тебе уже несколько раз вернулись. Но губернатор – это местный уровень, а тебе давно пора повышать планку, заводить связи в Москве… – Полли рассеянно присела к нему на колени, нахмурившись и закусив губу. – И надо, наверное, квартиру присмотреть где-то недалеко от центра.
– Зачем? – откровенно не понял он. – Сколько я в той Москве бываю?
– А это плохо, – мягко укорила она. – Если хочешь настоящими делами заниматься, надо жить в Москве.
