– Пульт управления. Мам, тут столько всего, что одному управлять невозможно, рук не хватает.
– Значит, хорошо, что вас двое. Договоритесь, кто за что отвечает.
– Ага, – обиженно подал голос Павлик, – с ним договоришься. Он хочет всеми поездами управлять, а мне только семафоры остаются.
– Тебе еще шлагбаумы и колокола на вокзалах, – возразил старший брат. – И краны-погрузчики.
– А что мне этими кранами грузить? Мам, я тоже хочу поезда водить!
– Спокойно, ребята, не хватало вам еще поссориться из-за этой железной дороги. Вы же не хотите, чтобы дядя Паша расстроился. Предлагаю такой вариант: я сейчас ставлю таймер на час, и этот час Павлик за машиниста, а на Вовке все техническое обеспечение. Через час меняетесь, идет?
Старший брат скривился, но кивнул, а Павлик радостно захлопал в ладоши:
– Идет, идет, я машинист!
И тут же съежился, нервно оглядываясь.
М-да… Если бы они оставались дома, то из своей комнаты уже появилась бы мама, и мальчишки были бы вынуждены прослушать лекцию о том, как должны себя вести воспитанные дети в целом, и о недопустимости в приличном доме подобного шума, в частности. А для нее, для Веры, отдельно, назидательное отступление о матерях, потакающих дурным наклонностям собственных детей… Б-р-р! И как они полгода в такой обстановке выдержали?
– Так, – Вера сглотнула горький комок в горле, – бабушки здесь нет. Мы с ней больше не живем. Мы теперь живем здесь, и здесь можно шуметь. Хлопать в ладоши, кричать, петь песни… я запрещаю только злой шум: ссориться, драться, ругаться – нельзя! А любой радостный шум – можно! Поняли?
Сыновья переглянулись и неуверенно кивнули.
– Понятно. Сейчас будем вспоминать, как надо шуметь. Начнем с… ага, начнем с песен! Павлик, запевай!
– Что запевать? – моргнул мальчик.
– Что хочешь! Ну, давай, вот эту, веселую. – Вера набрала побольше воздуха в грудь и немузыкально заорала: – От улыбки серый день светлей! От улыбки в небе радуга зажжется!
– Мам, ты слова путаешь. – Чтобы перекричать Веру, Павлику тоже пришлось добавить голоса. – А мотив вообще… Мама, не надо петь, ты не умеешь.
– Не умею, ну и что? Тоже мне открытие! Ладно, не хотите петь, давайте шуметь по-другому. Можно хохотать, прыгать… хотя нет, прыгать, наверное, не стоит, это соседям не понравится. Зато можно визжать!
– Визжать? – растерянно переспросил Вовка.
– А как визжать? – заинтересовался Павлик.
– Радостно. – Вера зажмурилась и издала тонкий пронзительный визг: – И-и-и!
– И-и-и! – с энтузиазмом подхватил Павлик.
Вовка пару секунд смотрел на маму и младшего брата, потом широко улыбнулся, выдохнул и не менее жизнерадостно заорал: – А-а-а!
Громко хлопнула входная дверь, в комнату ворвались двое мужчин и замерли, растерянно глядя на самозабвенно вопящую троицу. Потом Павел осторожно тронул Веру за плечо:
– Что у вас случилось?
– А? – Она обернулась и смущенно порозовела. – Ой! А мы тут шумим немного…
– Визжим, – добавил Павлик, сияя улыбкой.
– Жизнерадостно, – уточнил серьезный, но явно довольный Вовка. – Правда, у нас здорово получается?
– Не то слово. – Володя-старший вышел вперед и деловито пожал мальчикам руки. – Здорово, мужики. Правда, я подумал, что здесь убивают кого-то. – Он сделал шаг к Вере и поцеловал ее в щеку. – И тебе салям, добрая женщина. – Потом повернулся к Павлу и спросил: – Как ты считаешь, яйца уцелели? Я пакет где-то на ступеньках бросил.
– Сейчас узнаем. – Павел шумно выдохнул. – Павлик, Вовка, давайте шустренько соберите все, что мы там на лестнице пороняли.
– Ой, – повторила Вера. – А ты тоже что-то такое подумал? Нехорошее?
– Что я подумал, тебе лучше не знать, – с чувством сказал он. – Мальчишки, кому стоим? Ждем, пока местные коты до торта доберутся?
– Торт! – Вовка первым рванулся к двери. – А где он?
– Где-то там, – махнул рукой Володя. – На ступеньках рядом с яйцами. Сгребайте все и тащите сюда. А мы из машины остальные сумки принесем и раскладушку.
Мальчишки со старательностью муравьев начали таскать на кухню рассыпанные по лестнице пакеты, а Вера сразу разбирала покупки, нервно приговаривая:
– Ну куда столько… и ветчину… а бри зачем? Хлеб, картошка ладно, а это что? С ума сошли, ананасы покупать? Да салаты-то зачем покупные, я бы сама сделала…
– Торт совсем не помялся. – Вовка внес большую коробку, осторожно держа под донышко обеими руками. – Я проверил.
– Еще и торт!
– Так, Вера Степановна, хватит причитать! – возмутился Володя, опуская перед ней очередную сумку. – Что захотели, то и принесли! Ветчину люблю я, бри – ты, а свиную рульку – Пашка. Торт мальчишкам, чтобы жизнь слаще была, да и мы все от хорошего куска не откажемся. А салаты – чтобы ты не на кухне возилась, а с нами общалась. Сейчас мы в пять минут стол накроем… Паш, пироги в каком пакете были?
