После обеда, когда сморённый солнцем и морем Костя заснул, Маргарита вышла на веранду, прихватив с собой телефон и пачку сигарет. Курила она редко и старалась делать это в то время, когда внук не мог её увидеть. Иначе, потеряв сейчас перед мальчиком авторитет, как она сможет объяснять ему, насколько пагубна эта привычка, в его подростковом возрасте, полном опасно-вредных соблазнов?
Потягивая из стакана спиртной коктейль, взятый в баре по пути в номер, и выпуская струйки дыма, Рита думала, какой же грубой и неблагодарной может иногда быть Ольга. В первый вечер, когда они с Костей устроились в отеле, она позвонила сестре и сказала, что они долетели. А та недовольно ответила:
— Судя по тому, что сообщений о разбившихся самолётах не поступало, надо думать, что долетели. Ну и ладненько, наслаждайтесь. Договорились же не звонить.
— Но я же о вас беспокоюсь, — обиженно протянула Рита.
— Ничего с нами не случится. Пока!
На третий день отдыха Маргарита набрала домашний номер, надеясь просто услышать голос сестры, может, ещё детский лепет или смех, и дать отбой, раз уж с ней не хотят разговаривать. Но трубку никто не взял. На городской телефон им почти никто не звонил, и они даже подумывали от него оказаться. Рита мучительно вспоминала, когда в последний раз оплачивала услуги связи. Может, телефон просто отключили за неуплату, а она и не заметила? Но и по сотовому Ольга тоже не отвечала.
Сначала старшая сестра злилась на младшую, мысленно высказывая ей свои обиды. Но когда отступили мысли о былых ежедневных заботах, и пришло отпускное расслабление, вдруг стали вспоминаться странности в поведении Ольги. О том, что хорошо бы Маргарите уехать на море с Костей, они впервые говорили ещё восьмого марта. Поездка планировалась на конец месяца, на время весенних каникул, но к тому времени близняшки где-то подцепили ветрянку, и Рита не рискнула оставить сестру одну с температурящими малышками, покрытыми зудящей сыпью.
Но ещё до того, как дети заболели, Ольга перестала гулять вечерами, зато частенько на несколько часов исчезала днём, отправляясь то за покупками, то к стоматологу. Резкие перепады настроения сестры, запертый на ключ ящик её компьютерного стола, пароль на ноутбуке, предложение не звонить друг другу… Даже пара летних сарафанов, недавно купленных Ольгой и поначалу сочтённых вполне уместными, теперь казались подозрительными: уж слишком лёгкие и открытые они для Москвы.
Что она задумала, эта непутёвая девчонка? Неужели ловко выдворила сестру из дома для того, чтобы самой отправиться на встречу с бывшим мужем, с которым после его побега заочно развелась? Если так, то ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Девчонкам лучше не иметь никакого папы, чем беглого убийцу. Слава Богу, что настоящий отец Александра — не преступник, а генерал-майор милиции. Что ни говори, а гены есть гены.
В любом случае, с неё хватит, решила Рита, допивая свой коктейль. Никаких больше треволнений, бессонных ночей и хозяйственных нагрузок! Вернётся в Москву, съедет в свою квартиру и займётся обустройством собственной жизни. А Ольга, раз она ведёт себя так скрытно и жестоко, пусть оформляет детей в ясли или нанимает няньку. Можно и то, и другое.
В квартире своей тёти Александр пробыл около получаса, этого времени ему вполне хватило на осмотр всех помещений и для того, чтобы понять, что Ольгу с детьми никто не похищал. Куда бы она ни отправилась, сделала это по доброй воле, заранее подготовившись к планомерному отъезду. В холодильнике оказались только полпачки сливочного масла, полбутылки подсолнечного, банка зелёного горошка и сырой картофель. И никаких супов, молочных продуктов и фруктов, необходимых, когда в доме маленькие дети.
Все кровати аккуратно заправлены, мусорное ведро пустое, как и корзина для грязного белья. Сколько у тётки и её дочерей было вещей в платяных шкафах, и чего из них сейчас не хватало, он знать не мог, поэтому было трудно предположить, в какой климатический пояс и на какое время они отправились. Но главным доказательством побега стало то, что, исследовав ящики комода и компьютерного стола, среди документов на квартиру и других бумаг, оперативник не обнаружил ни паспорта Ольги, ни свидетельств о рождении близняшек.
Шнур городского телефона был выдернут из розетки, а сотовый, напротив, подключён к зарядному устройству. Стало быть, она боялась быть разысканной по биллингу и оставила телефон в квартире, создавая видимость того, что его хозяйка находится дома. Поэтому и позаботилась о том, чтобы мобильник не разрядился, а для путешествия, скорее всего, купила другой и на чужое имя.