В этот момент на плотное плечо парня легка смуглокожая рука. Илья вздрогнул и обернулся. На него, радостно улыбаясь, будто недавно стал свидетелем чего-то прекрасного, смотрел полковник Патель.
— День добрый, лейтенант. На пару слов…
Лейтенант Тищенко Илья Николаевич. Тот же день.
На "пару" слов этот странный улыбающийся индус увёл меня в помещение, которое на базе застолбило за собой разведка. Знаменитый крылатый логотип СКР красовался на стене сразу над дверью. А внутри от снующего персонала было так же тесно, как снаружи: крепкие ребята и девчата в тёмно-синей форме с золотистыми погонами сновали туда-сюда, налаживали оборудование, всматривались в мониторы или салютовали, когда мы проходили мимо.
Под внимательными взглядами сотрудников, полковник провёл меня в свой кабинет, усадил на стул и принялся закрывать жалюзи. При этом весёлая улыбка не покидала его меднокожее лицо.
— Наша штаб-квартира, — ответил он на незаданный вопрос. — Наши щупальца повсюду. Будешь чай, лейтенант? Настоящий, индийский. Не то, что вам здесь наливают.
Рамеш Патель на самом деле полез в стол, достал стального цвета термос и принялся отвинчивать крышку.
— Нет, спасибо, товарищ полковник, — торопливо ответил я, чтобы действительно не пришлось пить после того, как откроет. А то ещё обидится.
— Я серьёзно. Настоящий. Индийский.
Я поёжился и осмотрел кабинет, заваленный ворохом бумаг. Похоже, следить за порядком полковнику некогда.
— Ну, нет, так нет, — термос исчез так же быстро, как и появился. — Мучают вопросы, зачем ты здесь?
— Так точно, полковник… Извините.
— За что извинять? И не надо вставать при каждом ответе. Расслабься… Илья, — он назвался меня по имени и опять улыбнулся. — Давай без всех этих формальностей? Ты же помнишь меня? Знаешь, кто я такой?
— Так точно!
— Без формальностей, прошу. Командование поручило мне важную миссию, — лицо полковника стало серьёзным. — Я не только ознакомился с вашими личными делами, прежде чем вытащить из той дыры, куда заточили недальновидные глупцы. Я внимательно за вами наблюдал… Да, не только на этой базе, если я правильно понял твой взгляд. Гораздо раньше. Но я не только наблюдатель, я ещё и рекрутёр… Ты хороший пилот и отличный парень. Богдан Тищенко отзывался о тебе с большой любовью, — после этих слов я немного напрягся. Но полковник и не думал останавливаться. — Его мнение помогло собрать пазл… Я тебе хочу рассказать кое-что. Мы на пороге большой войны, как ты сам, наверное, понимаешь. Но данных у нас недостаточно. Да, мы успели кое-что узнать. Аналитики хорошо поработали и нарисовали картинку. Но этого мало. Скорость — наш главный недостаток. Самые быстрые истребители значительно уступают тому самому "Исполину", о котором вам рассказывал генерал-лейтенант Крынкин. Да ты и сам, в принципе, знаешь. Видел всё это своими глазами. Но работы уже ведутся. Есть значительный прогресс. И прототипы первыми достанутся нам — разведке. Американской, Китайской, Российской. Неважно. Сейчас, впервые за всё время, мы работаем сообща. Никто ни от кого ничего не утаивает. Ибо проблема общая. Скоро в распоряжение разведки поступит первая дюжина истребителей нового поколения. И хоть у нас хватает тех, кто может истребители обкатать, катастрофически недостаточно тех, кому можно доверить миссии, от которых, возможно, зависит судьба человечества.
— Я не понимаю, — растерянно пробормотал я. Как это получается? Если, наконец, появились новые истребители, о необходимости которых пилоты на базе проели плешь друг другу, почему их до сих пор нет здесь? Почему мы не изучаем их? — Уже есть прототип?
— Хочешь посидеть за штурвалом одного из них? — вопросительно вскинул бровь полковник.
— Конечно хочу! — я даже не сомневался.
