Но, несмотря на весь трагизм ситуации, жители Земли не унывали. Не только представители американских средств массовой информации, но и представители общемировых средств подключились к пропаганде под единым лозунгом: "Хороший инопланетянин — мёртвый инопланетянин". Круглосуточно бурлил "инет" и выходили новостные сюжеты о том, как земляне сплотились перед лицом невиданной доселе угрозы. Показывали то очереди желающих записаться в ряды самообороны, то полных энтузиазма рабочих на заводах и фабриках, то огромные горы металлолома, собранного гражданскими активистами.
Но, конечно же, все рекорды просмотров били новости из отделений рекрутинга. После клича, брошенного президентами, множество высококвалифицированных специалистов в той или иной сфере завалили электронными заявками отделения. Но поскольку бюрократизм не справлялся с таким количеством заявок, многие страждущие не успевали дождаться положительного или отрицательного ответа. Вдобавок к ежедневным проверкам почтовых ящиков, они осаждали приёмные отделения, настойчиво предлагали свои услуги и категорически требовали зачислить в состав флота. Были готовы работать даже уборщиками, лишь бы им предоставили шанс отправиться в космос. А самый смешной случай, где тщедушный восьмидесятилетний пенсионер-академик деревянной тростью стучал в стеклянную дверь и заявлял, что готов работать даже посудомойкой, транслировался не один десяток раз. Такие поступки лучше всего демонстрировали, что жители Земли перебороли первый страх. Что не отчаялись, а полны желания нанести ответный удар.
Пилоты же, хоть и держали, что называется, руку на пульсе, были загружены работой выше крыши. Они не только дополняли теоретическую базу в ежедневных занятиях, не только восстанавливали в памяти забытые, было, знания, но и подготавливали тело к значительным перегрузкам. Ко всем пилотам был приставлен медицинский персонал, ежедневно снимавший показания. Кому-то разработали специальную диету, кому-то приказали набрать вес, а кого-то заставили усиленно заниматься спортом. Многие опытные пилоты давно находились на руководящих должностях, а потому в космосе бывали не так часто, как во времена юности. И им срочно требовалось укрепить тело.
Но для вице-адмирала Шишкина не существовало особенных: за первые трое суток он отправил домой ещё пятнадцать человек. Поблагодарил каждого за готовность защищать Родину, попечалился о неудовлетворительных результатах или слабом здоровье и безжалостно поставил подпись под каждым приказом.
Именно вопрос чересчур быстрого отчисления опытных пилотов обсуждали Алексей, Никита и Илья в общем ангаре в перерыве между теоретическими занятиями. Вместе со всеми они посмотрели очередной блок новостей, где демонстрировались кадры с американского завода, штамповавшего детали для нового, только-только запущенного в производство, крейсера.
— Скорость — вот что главное, — опытный капитан Гиреев стучал ребром ладони по ладони. — Просто так от них не уйдёшь.
— Зачем уходить? — моментально возражали ему. — Огневая мощь важнее. Мы наступать собираемся или отступать?
— Смирно, пилоты! — прерывая очередную бесполезную дискуссию, где, по обыкновению, опять переливали из пустого в порожнее, в ангар зашёл Валентин Полевой. Рядом с ним, дружелюбно улыбаясь, припарковался черноволосый гражданский в идеально подогнанном деловом костюме. — Вольно.
Трое друзей успели вскочить и замереть.
— Телегин, Терехов, Тищенко, — Полевой поманил друзей рукой. — Подойдите ко мне.
— Хе-х, — воскликнул кто-то в толпе пилотов. — Агван? Ты что здесь забыл? Какова причина твоего появления на сверхсекретной военной базе?
Алексей, Никита и Илья остановились перед Полевым и вновь вытянули руки по швам. А незнакомый штатский улыбнулся и ответил без акцента:
— Работа, Серёга, работа.
— Я же сказал "вольно", — обратился Валентин Полевой к друзьям и указал рукой на соседа. — Знакомьтесь. Это — Агван Акопян. Популярный журналист и ведущий ежедневной программы "Россия сегодня".
Агван протянул руку и молча поздоровался с каждым из парней. Он уже подготовился. О каждом прочёл, о каждом собрал информацию. Но всё же был немного недоволен тем заданием, которым его наградила редакция. Он считал ребят невероятными везунчиками и сочувствовал тому, что им пришлось пережить. Но как объект для раскрутки и пиара, он предпочёл бы других. Кого-то более опытного, кого-то более медийного. Юрку Гринёва, например, или Серёгу Краснопольского. С обоими он уже был знаком и мог без проблем провести дружеское интервью. С этими же юнцами, он был уверен, придётся повозиться.
— Наслышан, — произнёс Агван хорошо поставленным голосом. — Наслышан о вас, ребята.
— Спасибо. Очень приятно, — за всех ответил Алексей.
— Агван прибыл сюда с заданием и получил "добро" от Геннадия Леонидовича, — успел вставить Полевой.
— О, да! — заразительно улыбнулся журналист. — Высшее начальство, — он ткнул пальцем в небо. — Разрешило провести интервью с… Как там он говорил? С тремя вундеркиндами.
Илья растерялся.
— Простите, с кем интервью? С нами? Зачем?
