— Люди желают знать больше, — уверенно ответил Агван. — Моя задача через вас не только популяризировать лётное дело, но и поднять боевой дух. Не только указать верное направление мальчишкам всей Земли, но и утолить голод зрителей. Мы запишем интервью, где вы расскажете что с вами произошло. Спокойно, неторопливо и подробно расскажете, как столкнулись с НЛО, как сражались и как выжили. Но самое главное — как победили. Ведь не секрет, что вам удалось уничтожить один из инопланетных объектов. И рассказ об этом вы должны разукрасить самыми яркими красками.
— Разве это столь необходимо? — Илья чувствовал себя неуверенно. Он никогда не любил быть в центре внимания. Были плохие воспоминания, связанные с этим.
— Да не, нормально, — не смог сдержать улыбку Алексей. Такой подход ему нравился. — Мы станем знаменитыми.
— Именно, лейтенант Телегин. В этом вся суть. Страна должна знать своих героев. В вашем же конкретном случае — Земля должна знать… Вы не переживайте, лейтенант Тищенко. Это ж не прямой эфир, где непозволительно даже воздух испортить, — журналист опять улыбнулся, чтобы немного успокоить разволновавшегося парня. Он знал, что его улыбка действует магнетически: любой интервьюируемый успокаивался, когда её видел, и прекращал тупить. — Мы можем сделать любое количество дублей. И на монтажном столе подрежем, если возникнут проблемы.
— Это приказ командующего? — Никита тоже чувствовал себя не в своей тарелке. — Или ваша личная инициатива?… Вернее, вашего телеканала.
— Давайте начистоту, лейтенанты, — Агван снисходительно усмехнулся. — Я бы предпочёл, конечно, кого-то более опытного. У кого язык подвешен, и кого я лично знаю. Но ваше командование считает иначе. Оно желает выдвинуть на передний план именно вас. Я понимаю почему, конечно. И вижу в этом определённую логику. Поэтому давайте не затягивать. До вечера я должен разобраться с вами и отправить материал на утверждение. А затем для новостного ассорти взять интервью у сошки, извиняюсь, помельче…
— Вы считаете, мы недостойны вашего внимания? — Алексей недовольно поморщился. Акопян говорил так, будто делает им одолжение.
— Я считаю, что мир должен знать о всех вас, — Агван сделал широкий жест рукой, охватывая весь ангар и указывая на остальных пилотов. — А не только о вас, — он поставил ладошки на небольшом расстоянии друг напротив друга, как бы показывая масштабность темы. — Улавливаете разницу? Но поскольку меня поставили перед фактом, выбора я не имею. Придётся работать с вами… Начнём, может быть? — Агван указал в сторону, где уже суетились работники канала. Расставляли стулья, устанавливали зелёный Rir-экран и налаживали свет. — Мне всего сутки выделили на всё про всё.
— Идёмте, — Алексей схватил за руку Илью, который собирался что-то возразить. А затем сжал руку Никиты. — Мы ответим на все вопросы. Нам не впервой.
Агван обратил внимание на действия лейтенанта Телегина и сразу понял, что досье не врали: в звене вундеркиндов этот являлся лидером. Его мнение важно для двух других и, возможно, мнение двух других совершенно не важно для него. В любом случае, Агван планировал внимательно присмотреться именно к нему и попытаться осторожно пробить брешь, задавая вопросы. Не завуалировано уязвить, как он иногда проделывал с неприятными собеседниками, а попытаться поставить на место.
— То, что вам не впервой, я тоже знаю, лейтенант, — вновь улыбнулся он. — Но со мной можете говорить без утайки, можете не подбирать слов. Ваше непосредственное начальство всё равно потом подвергнет интервью цензуре.
Алексей недобро посмотрел на улыбающуюся рожу. Похоже, этот армянин действительно относится к ним снисходительно. Не как к достойным, а как к тем, кого ему навязали. Как к неоперившимся птенцам, привлёкшим к себе незаслуженное внимание. И им надо постараться переубедить его. Постараться вести себя уверенно и профессионально. Иначе эта снисходительная улыбка будет ещё долго бесить во снах.
Валентин Полевой, приставленный к друзьям как часовой, держался чуть в стороне, когда команда телеканала порхала вокруг друзей. Их усадили напротив зеркал и предоставили гримёрам, пока звукорежиссёр настраивал звук, операторы выбирали ракурс, а осветители налаживали свет.
— Расслабьтесь и не торопитесь, — посоветовал Агван, когда друзей усадили на стульях. — Слушайте вопросы, думайте, прежде чем ответить, и ни в коем случае меня не перебивайте. Так мы справимся гораздо быстрее… Вова. Вова, готов?
— Да, ещё пару секунд, — звукооператор в огромных наушниках возился в огромным микрофоном.
— Тест… тест. Один, два, три… Звук есть. Камеры готовы?
— Готовы.
— Тогда начнём… Три, два, один…
