— Внимание пилоты, технический и медицинский персонал, — из ближайшего репродуктора раздался звонкий голос. — Командование военно-воздушной базы совместно с командованием эскадры и правительством Российской Федерации приняло решение о проведении дня открытых дверей. Посетить территорию военно-воздушной базы будут приглашены представители аккредитованных Средств Массовой Информации. Всем пилотам предоставляется возможность встретиться с родственниками. Транспортные расходы для посетителей в количестве не более пяти человек возьмут на себя Воздушно-Космические Силы Российской Федерации. День открытых дверей будет проведён двадцать четвёртого ноября сего года. Уточнить интересующие вас вопросы или отправить официальные приглашения вы можете в центре связи. Повторяю…
— Да не может быть! — радостно воскликнул Никита, не став слушать повторение. — Я-то думал, нас до конца обучения будут держать затворниками. Звонки — то такое. А вот встретиться бы с Таней, — на его лице появилась улыбка. По жене он успел соскучиться, хоть расставание нельзя было назвать тёплым.
— Здорово! — поддержал Илья. — Хочу, чтобы дед тут побывал. Сам своими глазами всё увидел… Ха-ха-ха, представляю, как он будет рад, когда увидит Вышинского. Он даже просил взять у него автограф.
— Что радостного-то? — проворчал Алексей. Своих родителей он бы никогда не стал сюда приглашать. Осознание того, что кроме друзей у него нет близких, действовало гнетуще. Он даже не находил сил порадоваться за других. Силы были лишь для того, чтобы попечалиться о себе.
— Пойдём в колл-центр, — Никита быстро сориентировался в настроении друга и схватил того за руку. Он всё прекрасно знал. — Позвонишь сестре. Пусть приедет, фоточек наделает. Будет потом в институте хвастаться. Ты с ней, вроде, нормально общаешься. Сделай ей подарок.
Алексей хмыкнул. В принципе, против встречи с сестрой он не возражал.
— Вряд ли ей тут фоткать позволят, — он встал с кровати. — Но хоть действительно посмотрит на живых легенд… Ладно, идём звонить.
Лейтенант Терехов Никита Олегович.
К вечеру похолодало. Я накинул куртку и вышел из барака. Лёха отправился в душевую, а Илья всё ещё точил лясы с дедом по спутниковой связи. Поэтому мне никто не мешал всё окончательно обдумать и отправиться на встречу с той самой живой легендой Российского космического флота.
Хоть я примерно догадывался, что мне хотят сказать и от меня услышать, чувствовал себя неуверенно. Ещё бы! Кто я, а кто он. Капитан Юрий Гринёв даже не легенда. Это — символ. Символ невеликих побед нашего флота. Благодаря ему и таким, как он, эти победы всё же случались. Я никогда не смогу разговаривать с ним так, как разговаривал Лёха. И хоть, в принципе, на то были причины, я не так воспитан, чтобы хамить героям.
Перед тем, как ввалиться в единственный кафетерий на базе, где всегда рады и военным, и штатским, я некоторое время топтался у двери и всё взвесил окончательно. Я не позволю собой манипулировать и не стану давать гарантии. Но внимательно выслушаю, что он хочет сказать. И если он хоть раз назовёт меня салагой, разговор на этом сразу прекратится.
Поджарый капитан сидел за столиком в самом конце кафетерия и откровенно скучал. Народу внутри было неприлично много. Уставшие пилоты или гражданский персонал базы не упускали возможности развеяться. Сбивались в компании, чтобы просто поболтать ни о чём. На какое-то время забыть причину, для чего здесь все собрались. Ради чего готовятся, и что в итоге всех ждёт.
Окинув быстрым взглядом кафетерий, я поёжился. Мне не хотелось привлекать внимание к нашей встрече. И меня, как я уже успел убедиться, и тем более капитана Гринёва на базе хорошо знали. Я бы не хотел, чтобы нас отвлекали, лезли с просьбами о автографах или просто буравили любопытными взглядами. Я просто хотел узнать, что мне хотят сказать, и уйти.
Заметив меня, капитан помахал рукой. Эдаким небрежным жестом, будто официанта подзывал. Я поморщился, но зашагал к одинокому столику, надеясь, что мне не придётся выслушивать возмущённые слова, что, дескать, он слишком долго ждал. Выговоров конкретно от него я не желал.
— Здравствуй, лейтенант…
— Никита можно, — сразу отреагировал я.
— Хорошо, — Гринёв словно через силу улыбнулся. — А меня называй Юрий. Но только здесь, на базе. И, желательно, не в присутствии других… Присаживайся. Алкоголь употреблять нам не позволяют, но кофе выпить можем… Две чашки кофе принесите, — он сделал знак проходившему мимо официанту, который комплекцией больше походил на бойца спецназа. — Догадываешься, зачем я тебя пригласил?
— Догадываюсь, — не стал лукавить я.
