— Долгое время я пыталась забыть наш последний разговор, выкинуть его из памяти, но у меня не получилось… Я так ненавидела тебя сначала, Лорен. Я была так зла на тебя за то, что ты сделала, но я не знаю, почему, — сказала она, снова подняв взгляд. — Ты ничего не сделала на самом деле, и мне потребовалось много времени, чтобы понять это. Я не знаю, я думаю, что я чувствовала себя обманутой. Ты была единственным человеком, как я думала, который понял меня, но на самом деле нет…
Камила взяла камеру на мгновение и медленно обвела ей комнату.
— Это сейчас мой дом, — сказала Камила и встала с кровати, чтобы показать небольшую простую палату с односпальной кроватью в углу, небольшим столом и двумя дверями, одна из которых была выходом, а другая — вход в ванную комнату. — Не такой большой, — Камила вздохнула. — Но, что поделать, — она направилась к столу, и открыла ящик, где Лорен разглядела кучу любимых книг Камилы.
— Я прислала тебе кое-что, — сообщила Камила, поставив камеру на пол. — Возможно, ты уже открыла это, и, если да, то ты знаешь, что это больше диска.
Лорен быстро взглянула на коробку с любопытством, но вскоре вернулась к экрану, когда Камила продолжила говорить.
— Как ты помнишь, я сломала руку, когда я ударила Рейчел, — Камила с сожалением вздохнула. — Мне только недавно сняли гипс, я не могла написать тебе, поэтому я начала вести видео-дневник.
Она глубоко вздохнула.
— Я собиралась отправлять их один раз в неделю, но, честно говоря, первая неделя здесь была довольно размытой, — призналась она. — Я действительно многого не помню, но, насколько я понимаю, я была отчасти развалиной, так что я вроде рада, что ты не видела меня такой. На самом деле, я сама рада, что не видела себя, так что… — размышляла она, снова подошла к своей кровати и направила камеру на противоположную стену, на которой висели фотографии в ряд. — Я думаю, ты оценишь это… — сказала Камила. — Даже если ты злишься на меня… — добавила она. — Я наконец-то нашла в себе силы повесить фотографии. Смотри, — поручила она, подходя к стене. — Ты помнишь этот день? — спросила она, когда Лорен признала фото со свидания. — Это по-прежнему моя любимая фотография, — проинформировала Камила, направляя камеру на ту фотографию, где они целовались.
Камила переместила камеру на остальные фотографии, и Лорен не могла не улыбнуться при виде них. Были ее фотографии, фото Софи, когда та была ещё младше. Были фотографии ее семьи, ее и Дайны, по крайней мере пятьдесят фотографий в общем, и Лорен снова почувствовала слезы на глазах.
— Они все сделаны до аварии, — уточнила Камила. — Но я хочу повесить новые в ближайшее время. Мне просто нужно принять некоторые из них. Я покажу тебе, когда я сделаю, я обещаю, — пообещала она, села на кровать и посмотрела в камеру. — Во всяком случае, — продолжила она. — Я хотела послать тебе это вместо звонка, — объяснила Камила, снова опуская взгляд на кровать. — Я хочу, чтобы ты…
Она провела рукой по волосам и снова подняла глаза, чтобы смотреть в объектив. Изображение было настолько качественным, что Лорен показалось, что Камила перед ней и смотрит прямо на нее.
— Ты была права, — наконец, сказала Камила. — Я больна, Лорен, — признала она. — Я все еще больна, но мне на самом деле становится лучше на этот раз, я клянусь.
Лорен увидел слезу, скользящую по щеке Камилы, и она непроизвольно подняла руку, чтобы попытаться убрать его.
— Я знаю, что ты сказала, что будешь ждать, — продолжила Камила. — Но я все пойму, если что… Я не имею права заставлять тебя ждать. Я просто, я не знаю, я хотела, чтобы этот дневник стал продолжением к тому дневнику, который я отдала, это просто еще один маленький кусочек моей души. Ты по-прежнему единственный человек, которому я могу доверять, — сказала она, вытирая глаза. — Я надеюсь, что даже если мы расстались при плохих условиях, ты все еще примешь меня, — сказала она. — Я не знаю, может быть, ты выиграла, но я хочу продолжить игру, и объяснить тебе, что я пережила, почему я не позвонила, почему я не могу позвонить… может быть, тогда ты сможешь найти в себе силы простить меня. Может быть, мы могли бы стать друзьями снова, как было в самом начале.
Лорен вытерла глаза, слезы мешали ей видеть Камилу.
