— Вижу, ты к нему как банный лист прилипла, всё никак не отвалишься? — бросил ей чародей вместо приветствия.
Влася закатила глаза:
— А я всё никак в толк не возьму, как Ивана угораздило связаться с такой язвой?
— Прекратите вы оба! Ведёте себя как дети малые. — обратил на себя внимание Иван. — Нам нужно поторопиться с моей хворью. Ты уже придумал, что будешь делать, Глеб?
— Да, дай мне пару минут. — ответил тот, зашуршав мешочками.
Он подошёл к другу и чем-то дунул ему прямо в лицо, от чего у Ивана тут же заслезились глаза. Он зачихал, высмаркиваясь в заботливо предоставленный Власей платок, пытаясь сдержать непрестанно льющиеся из носа сопли. Глеб же внимательно оглядел его и дунул ещё раз, но уже на шею, грудь и руки, где тотчас же начали откуда ни возьмись появляться большие пунцовые пузыри, которые ко всему прочему премерзко воняли и чесались.
— Теперь можно и лекарей звать. — довольно отметил Глеб.
— А ты не перестарался? — обеспокоенно спросила Влася, которой жаль было видеть Ивана в столь плачевном состоянии, она хоть и насмотрелась на утопленников под водой и к мерзкому зрелищу была привычна, но вид пузырей всё же вызывал у неё сильное беспокойство вкупе с понятным здоровому человеку отвращением.
— Не. В самый раз. — ответил за него Баюн. — Ежели он бы слабый наговор сделал, то кто бы тогда повёлся?
— Ощущение, будто сейчас лёгкие наружу выйдут. — сипло произнёс Иван и зашёлся в приступе кашля.
— Ты его так в могилу сведёшь. — нахмурилась русалка.
— Пару часов помучается и будет как огурчик. — отмахнулся от неё Глеб и скрылся за дверью.
— Всё в порядке, Влася. — заверил её Иван, который наконец смог совладать с кашлем и сейчас вытирал текущие рекой сопли. — Я же сам попросил его это сделать.
— И всё же он мог обойтись с тобой понежнее.
— Понежнее — это не про Глеба. — усмехнулся Иван и поднялся с лавки. — Лучше мне лечь в постель и изображать умирающего, а тебе уйти, Влася, пока лекари не пришли. Баюн, будь добр проводи её. — он снова закашлялся, хворь, воспроизведённая Глебом, действительно выглядела чересчур уж правдоподобно.
— Пойдём-пойдём, Власенька, иначе Глебушка осерчает. — поторопил её кот, уже ожидая у двери.
— Будь осторожнее, Иван. — попросила она и вышла следом за пушистым провожатым, направившись к себе.
Лекарей долго ждать не пришлось: они буквально ввалились в горницу, наперебой начав рассматривать Ивана и выспрашивать, что случилось. Глеб прошёл следом и остановился чуть поодаль, с интересом наблюдая за разворачивающимся на его глазах зрелищем.
— Как же вы так умудрились, царь-батюшка? Давеча как огурчик были! — запричитал главный лекарь, рассматривая кожу, покрытую волдырями на его запястье.
Иван нарочно громко высморкался и прокашлялся, сипло ответив:
— Сам не ведаю, врасплох хворь меня застала.
— Нужно будет вам отвара из солодки сварить, кашель у вас нехороший. — лекарь пощупал лоб. — И жар. Надобно заварить малины с ромашкой.
Младшие лекари закивали, внимая его словам.
— Будет сделано! — пообещали они.
— Сменного лекаря к вам должно будет приставить!
Иван перевёл многозначительный взгляд на Глеба, который уже был тут как тут и незаметно сыпанул порошка на руку мужчины, пока тот был занят разговором.
— Я бы на вашем месте так царя-батюшку не лапал. — заметил он, привлекая к себе внимание остальных.
— О чём это вы, ваша милость? — поднял на него удивлённый взгляд главный лекарь.
Глеб сделал страшное лицо и наклонился к его уху, прошептав:
— Хворь-то похоже заразная, вон на руки свои взгляните.
Тот опустил взгляд на собственные руки и мелко задрожал, разглядывая те самые пунцовые пузыри.
— Царь-батюшка! Мы приготовим все необходимые снадобья, к вам будем подходить…
— Не нужно. — прервал его Глеб. — Я в лекарских делах сведущ и сам буду за царём-батюшкой приглядывать.
— Но как же…
— Оставлять всё на лавке у двери будете.
— Митрофан, не гоже заразу по царскому терему распространять. До двери я дойду, будьте спокойны, а за остальным Глеб приглядит. Только не подходите к кровати, я много спать собираюсь.
— Как прикажете, царь-батюшка, но ежели нужно будет чего, зовите. — он оставил у постели колокольчик. — Стоит вам только позвонить, как кто-нибудь из служек мигом примчится.
— А сейчас идите, мне нужно отдохнуть. — попросил лекарей Иван, а те рады были смыться, и заодно запереть и главного, чтобы никто в тереме больше заразу неизвестную не подхватил.
Глеб проводил их безразличным взглядом и наклонился к другу, осторожно подув прямо в его лицо. Иван от неожиданности зажмурился, ощущая приятное тепло, окутавшее его словно кокон. Оно мягко согревало изнутри, избавляя от жуткого першения в горле, жара, ужасных пунцовых волдырей и надоедливых соплей. Юноша, наконец, вдохнул полной грудью и открыл глаза, встретившись взглядом с Глебом, который уже прекратил дуть и выпрямился. Иван осмотрел себя на предмет оставшейся липовой заразы, но ничего не обнаружил.
— Благодарствую, Глеб. Хоть хворь и не настоящая, но приятного в ней было мало.
