— Хватит ржать, болваны! Раз я могла сладить с готовкой на дне, то и на поверхности справлюсь!
— Только чур я буду пробовать последним. — скрестил руки на груди Глеб. — А лучше и вовсе похожу голодным.
— Ладно тебе. Мне кажется, она постарается.
— Спасибо за поддержку! — поблагодарила русалка, спустив Баюна со стола на колени Глеба, и принялась сама рассматривать припасы. — Кстати, а что люди обычно едят? Я не так много успела попробовать в царском тереме.
Глеб закатил глаза, а Иван едва сдержал смешок.
— Ты можешь сварить кашу. Не думаю, что это будет сложно.
— Ну, конечно! Я могу сварить кашу! — утвердительно кивнула Влася. — А что такое каша?
— Может, всё-таки Глебушка приготовит? Я как-то опасаюсь… — попытался всё-таки отговорить русалку кот, но та ожидаемо не слышала.
— Не трусь, Баюн! Лучше рассказывай, что нужно делать.
Кот жалобно посмотрел на Глеба, но тот перенёс его на колени Ивана и направился к выходу.
— Ты куда? — спросил Иван, наблюдая за тем, как друг накидывает на себя тулуп.
— По нужде. Нельзя что ли?
— Эм, нет. То есть иди, конечно…
— Благодарю за разрешение.
Глеб вышел за дверь, а Влася устремила пронзительный взгляд на Ивана.
— Ваня, подсоби, пожалуйста, не хочу ударить в грязь лицом перед ним!
— Ты могла просто попросить его обучить тебя. — Иван поднялся с лавки и подошёл к столу.
— Чтобы он мне всё время язвил? Да ни за что! Ты вот добрый, это другое дело.
— Ладно, давай что-нибудь сообразим, пока Глеба нет.
Они занялись готовкой, но, по правде говоря, из Ивана повар был тоже так себе. Однако в отличие от русалки он был человеком, а ещё часто наблюдал за тем, как хлопочут у печи другие люди, так что постарался воспроизвести процесс. Они помыли крупу, загрузили её в горшок, что стоял рядом, залили молоком и ухватом поставили в печь.
— Кажется, получилось. — довольно улыбнулась Влася, присев у печки, с нетерпением дожидаясь, что там получится.
— Чем у вас воняет? — спросил немного погодя вошедший в избу Глеб, скривившись.
— Это не воняет, а пахнет кашей! — заявила Влася.
— Ага, я слышу. — отозвался Глеб и ухватом достал горшок прямо из пламени, молоко давно выпарилось, а крупа уже превратилась в чёрное месиво.
— Два идиота. Вы хоть знаете, насколько там горячо. Зачем прямо в огонь еду засовывать?
— Дак ведь всегда всё в печь суют. — виновато заметил Иван.
— Суют, конечно, да не так глубоко, иначе сгорит всё к лешему. — заметил Глеб, открывая ставни, проветривая избу, а вонючий горшок вынес пока на улицу.
— Неужто мы, Глебушка, так сегодня и не позавтракаем? Так ведь и помереть недолго. — запричитал Баюн, жалобно глядя на чародея.
— Ладно, я сам всё сделаю, а вы смотрите и учитесь, бездари.
На этот раз никто не спорил, в животах было пусто.
Глеб тем временем скинул полушубок и, засучив рукава, принялся сначала за опару, чтобы затем поставить пару хлебов печься уже с нормальной кашей, благо в избушке нашёлся второй горшок. Влася наблюдала за его действиями с нескрываемым интересом, особенно ей понравилось тесто, она даже ткнула в него пальцем, за что, конечно, сразу получила ложкой по голове, так что больше под руку не лезла.
Не прошло и часа, как на столе уже стоял ароматный хлеб и самая настоящая каша, которую так и не смогли сварить горе-повара до этого.
Влася сунула в рот сразу полную ложку и едва сдержалась, чтобы не выплюнуть горячую крупу обратно, аж глаза заслезились.
— Нет-нет, сначала нужно подуть. Вот так. — показал русалке Иван. — Горячая ведь. Глеб только что её из печки достал.
— Удивительно, что ты вообще добралась до Царьграда. — протянул Глеб, жуя свою порцию.
— В отличие от тебя я жила на дне реки, у нас горячей пищи не водилось.
— В царском тереме что тоже всё холодное подают?
— Нет, но оно успевает немного остыть в ожидании, пока все соберутся. — ответил за подругу Иван. — Но Влася права, Глеб, мы не должны осуждать её за то, чего она знать не может.
— Тогда тебе за ней и следить. — пожал плечами тот, приговаривая кашу.
— Глебушка, завтрак вкусный вышел. — довольно заурчал Баюн, который уже успел разобраться со своей долей и теперь развалился на другой части стола, умываясь.
— Что будем делать? — спросил Иван, с удовольствием жуя тёплый хлеб.
— Я думаю, нужно осмотреть деревню, лучше не разделяться или по крайней мере не оставлять русалку одну. — ответил Глеб, убирая со стола. — Поэтому пойдём все вместе, а позже если что разделимся на две группы. Нужно опросить местных, особенно тех, кто видел похищения.
— Хорошо, тогда стоит одеться потеплее, похоже, мы проведём на улице весь день.
Сборы не заняли много времени, если не учитывать то, с какими трудами Глеб напялил на Власю шапку. Та всё ещё до конца не понимала, зачем обряжаться аки улитка, пока не вышла на улицу, где было намного холоднее, чем до этого в Царьграде. Она поплотнее укуталась в шубу и последовала за Иваном, что шёл впереди.
В деревеньке уже во всю кипела жизнь. Хоть и наступила зима, но домашние хлопоты никто не отменял. Люди с интересом смотрели на незнакомую троицу, о которой ещё со вчерашнего вечера судачили на каждом шагу.
