— Чего хочет твой двойник?
— Свободы, власти, отмщения. Много чего. Я знаю, произойдёт нечто ужасное, если он вырвется. Его мощь… Мороз и рядом не стоял.
— Мы вместе найдём способ его остановить, ты не должен оставаться наедине со своими кошмарами!
— Я должен. Тридевятое падёт, ты тоже умрёшь, а я не могу допустить этого снова. Ко всему прочему кто-то начал на меня охоту, двойник отказывается говорить. Но раз они сумели его запереть, то скорее всего её ведут очень сильные колдуны.
— Ты должен обратиться к Кощею Бессмертному. Ты его ученик, он должен помочь тебе.
Глеб горько усмехнулся и закрыл лицо руками, прошептав:
— Возможно, но я не видел его уже целый век.
Иван застыл, глядя на него.
— Ты смеёшься надо мной? Он сам говорил со мной, и ты в это время был рядом.
Глеб в ответ на его слова действительно глухо засмеялся.
— Глеб, какого лешего⁈
Он отнял руки от лица и серьёзно посмотрел на Ивана.
— Это был я.
— Ты сейчас о чём?
— В тот раз в подземелье, это был я. Это я управлял трупом, который выдал себя за Кощея Бессмертного. Я задержал тебя на неделю лишь для того, чтобы найти подходящего мертвеца.
Иван застыл, глядя в тёмные глаза напротив, он просто не мог поверить в услышанное.
Глеб поднялся.
— Я вернусь через пару дней, когда ты остынешь.
И прежде, чем опомнившийся Иван попытался удержать его, вышел за дверь.
Останавливать его или пытаться догнать было бессмысленно, рядом с Полночью проигрывали все скакуны Тридевятого вместе взятые.
— Ты знал, да? — шикнул он на заглянувшего кота.
— Чего знал? — тот сверкнул золотыми глазами в полумраке.
— Нет никакого Кощея, сто лет как нет! — он едва сдерживал рвущуюся изнутри истерику. — И Яги, может, тоже нет⁈
— Яны нет. — отозвался Баюн, спокойно глядя на него. — Яга избрала такой способ постоянно присматривать за Глебом.
— Прекрасно! — выдохнул Иван, оседая на пол. — Просто чудно! Все вновь лгали мне с момента нашей встречи!
— Глеб сам не знал, что Яна всего лишь образ, который использовала Яга, чтобы быть рядом с ним. И надо признать, она была хороша в нём настолько, что совсем заигралась, когда появился ты.
— Хорошо. Он не знал про Яну, но что насчёт Кощея?
— Разве ты бы ушёл, если бы он сказал тебе правду о том, что Бессмертный пропал на целый век?
— Но он ничего не сказал!
— Потому что ты бы ему не поверил. Ты бы решил, что он брешет.
— Он предоставил мне труп вместо Кощея, таким образом хотел избавиться от меня? Верно?
— Да, но как видишь, у него не вышло. Ты переиграл его, когда сказал фальшивому Кощею, что дорожишь им.
— Я не хочу его видеть и боюсь потерять одновременно. Ненавижу! — Иван ударил кулаком по дубовому столу, чувствуя, как боль потихоньку отрезвляет, а горючие слёзы комом подступают к горлу.
Баюн молча наблюдал за ним.
— Когда он собирался рассказать мне правду?
— Я его предупреждал, но ты и сам знаешь, он никого не слушает.
Оба ненадолго замолчали, Иван сверлил непроницаемым взглядом кота, пока внезапное озарение не накрыло его.
— Погоди… Зная Глеба… Он хочет, чтобы я добровольно отказался от него, так ведь?
— Я пойду Власю найду, она поможет тебе успокоиться.
— Я прав, да⁈ Поэтому ты сбегаешь, прямо как он⁈
— Власенька! — показательно заорал Баюн и сиганул за дверь.
Иван выскочил следом, тяжело дыша, ловя на себя обеспокоенные взгляды стрельцов. Он стремглав понёсся по коридорам терема в поисках проклятого кота и бежал до тех пор, пока не влетел в возвращающуюся к себе в комнату Власю. Иван словно не видел её, зрачки бегали, словно ища кого-то за спиной подруги, и та поняла, что случилось нечто ужасное.
«Неужели всё настолько плохо, как говорила Дарина? Проклятая магия добралась до сердца?» — молниеносно пронеслось у неё в мыслях.
— Иван! — позвала она, ухватив его за руку, но тот её не слушал, попытавшись вырваться. — Иван-Иван! Приди в себя! Пожалуйста!
Она вцепилась в него мёртвой хваткой и держала до тех пор, пока юноша-таки не обратил на неё внимание. Служки и стрельцы в коридорах застыли, с ужасом наблюдая за помешательством царя-батюшки. Бледная как полотно Злата стояла рядом с Власей со стеклянным взглядом.
— Пойдём, тебе нужно прилечь. — мягко зашептала другу на ухо русалка, потянув в сторону царских покоев.
Иван покорно двинулся за ней и позволил усадить себя на постель.
— Что произошло? — спросила Влася, опускаясь рядом с Иваном, ласково обнимая его за плечи.
— Глеб.
— Что он сделал с тобой? — забеспокоилась русалка. — Ты не в себе! Он что использовал на тебе свою жуткую магию?
— Лучше бы использовал магию. — усмехнулся Иван, подняв на неё взгляд. — Меня просто разрывает из-за него!
— Тебе нужно успокоиться. Я помогу тебе, буду рядом, Иван.
— Он был первым, кто не видел во мне царского сынка. Мы подружились просто потому, что оба хотели этого.
— Иван, что произошло?
— Когда лгут друзья, это больнее всего…
— Я понимаю, но сейчас ты не в себе, нужно прилечь и успокоиться, понимаешь?
— Ты-то хоть не врёшь мне, Влася? — слабо улыбнулся Иван, заглянув в синие глаза напротив.
— Я сделаю всё для тебя.
Он обнял подругу покрепче, зарывшись носом в тёмные волосы.
