— Самому прибраться так сложно?! — неожиданно вспылила Лили, сверкая глазами в сторону Сириуса. — Убрать в Хогвартсе — это же столько работы… — она сочувственно посмотрела на Снарра, на ещё десяток домовиков, прибежавших на голоса. — Как вы умудряетесь?
— О, мисс не стоит волноваться, это не все эльфы Хогвартса, — с пониманием улыбнулся Снарр. — В Хогвартсе сотни эльфов! Но большая их часть сейчас отдыхает или прибирается в школе.
Лили это заявление не успокоило, однако она позволила себе только покачать головой и дипломатично произнести:
— Надеюсь, вам по крайней мере хорошо платят за работу.
Снарр, до того улыбавшийся гостям, схватился за сердце, а снующие вокруг домовики застыли и ахнули. Сириус и Джеймс, переглянувшись, поморщились.
— Простите Лили, ребята, она маглорождённая, — примирительно произнёс Джеймс.
— Что я такого сказала? — насупилась Лили.
— Что не так? — поддакнула Марлин, встав с ней к плечу.
— Мы приличные эльфы, юные мисс! — заявил Снарр, выглядевший глубоко уязвлённым.
— Предложить эльфу деньги значит жестоко его оскорбить, — пояснил Сириус, и несколько домовиков закивало: «Правильно, мастер Сириус!». — Так что оставь, Эванс.
— Я!.. — возмутилась Лили, но Джеймс шагнул к ней и аккуратно прикрыл её ротик ладонью. Лили поперхнулась воздухом, а Марлин тепло засмеялась.
— Просим вас за стол! — воскликнули домовики и утянули ребят к одному из длинных столов, где расставили чашки и чайники, молочники и сахарницы, блюдца с помадками, вазочки со свежеиспечённым печеньем и много других вкусностей. «Итачи бы здесь понравилось», — не сдержала улыбку Хината. То, что она видела, диссонировало с представлением, которое сложилось у них с Итачи о домовиках на основании предположения о шпионаже.
Они пили чай и болтали — но только ребята, домовики просто сгрудились вокруг них и внимательно слушали, только что во рты не заглядывали. Хинату это напрягало, и Лили, она видела, тоже. Зато Марлин пылала живейшим восторгом и не менее заинтересованно, чем эльфы, внимала историям Сириуса и Джеймса. Особенным успехом пользовался Джеймс, ярко и в красках описывая лето в Годриковой Впадине, игры и приключения с друзьями-маглами и пикники, провизией для которых ребят обеспечивала домовушка Поттеров (хогвартские эльфы при похвалах в сторону товарки сияли и хлопали в ладоши). Питер же молча уплетал сладости и блаженно улыбался.
— Мастер Джеймс, уже полночь, — в какой-то момент сказал Снарр, и Джеймс спохватился.
— Спасибо! Уф, как время пробежало, однако! Так… — он заговорщицки посмотрел на компанию, каждый в которой расправился уже как минимум с тремя чашками чая. — Ещё одна остановка перед царством Морфея?
— Куда тебя на этот раз несёт? — возвела глаза к высокому потолку Лили.
Джеймс посерьёзнел.
— В больничное крыло. Пока мы тут веселимся, бедняга Римус мучается с мигренями.
Открывшая было рот Лили потупилась и залилась румянцем. Хината и сама почувствовала себя неловко: как же она могла забыть! Ни разу даже не подумала о том, чтобы навестить одноклассника в госпитале! И это уже не в первый раз…
— Капитан Поттер прав! — Марлин первая снялась со скамейки. — Звёздный флот своих не бросает.
— Верно подмечено, курсант МакКиннон! — поддержал Джеймс и тоже вскочил.
— Будет чудо, если нас не поймают, — проворчал Сириус, но без намерения оспаривать решения «капитана».
«Пусть уже поймают наконец! — про себя взмолилась Хината, но затем, подумав, добавила: — Но на пути из больничного крыла».
Они простились с эльфами, и те напоследок насовали ребятам много-много вкусностей, которые гриффиндорцы распределили по карманам и, пообещав вернуться под радостные кивки домовиков, покинули кухню. Натюрморт отрезал мир непринуждённой беседы и вкусных запахов, вернув в гнетущую атмосферу ночного нарушения правил.
Миновав подземный коридор, ребята выбрались на тусклый лунный свет, просачивающийся через окна. Вёл опять Джеймс, но на этот раз рядом с ним шагала Марлин, с энтузиазмом воспринявшая повышение до «курсанта». Не глядя на Сириуса, Лили взяла Хинату за руку, доверяя ей куда больше, чем всем этим мальчишкам вместе взятым.
И вновь на пути не попался никто. К тому времени, как они свернули в коридор, ведущий к лазарету, у Хинаты не осталось ни единого сомнения, что некая сила дала «добро» их далёкому от понятия скрытности переходу по замку. Почему? Самый важный вопрос, на который Хината, увы, не могла найти ответ.
— Сейчас очень осторожно, — прошептал Джеймс у самых дверей больничного крыла. — Мы не хотим разбудить целительниц.
Гриффиндорцы дружно закивали и на цыпочках просочились в лазарет.
Луна уверенно освещала всё просторное помещение. Совершенно пустое.
— А… — начала Марлин, но Джеймс приложил палец к губам. Он нахмурился, его взгляд заметался по комнате в непонимании.
В отдалении Хината услышала шаги.
— Но где же Римус? — прошептал Питер. — Его не было в спальне, когда мы…
— Здесь есть другие комнаты? — спросила Марлин.
— Помимо покоев целительниц — нету, — помотал головой Джеймс, растерянный, в непонимании вертящий головой.
