— Я виноват, что лично не поставил вас в известность о причинах своего отсутствия, — Генри, с молчаливого позволения полковника, присел на краешек стула, — простите мою фамильярность. Но мне ничего не оставалось другого, как поспешно покинуть стены нашего консульства, чтобы встретиться с тем индийцем, о котором я вам уже рассказывал. Он наш союзник в деле усмерения волнений и пользуется большим авторитетом у своих соотечественников. Мне необходимо было узнать, что думают местные жители о том, что произошло на поле битвы и ждать ли нам новых выступлений с их стороны. Шалтир, если вы помните его имя, успокоил меня, что теперь всё в порядке и новых волнений не предвидиться. Люди немного успокоились, теперь всё зависит от нас и наших подчинённых, ведь насилие порождает насилие и первоочередной задачей офицеров не допускать больше подобного поведения солдат, из-за чего всё и началось. Поверьте мне, я много говорил с этим уважаемым человеком и многое понял из наших бесед. Нельзя давить и уничтожать целый народ с его культурой, нужно научиться сосуществовать мирно, раз уж реальность такова, как она есть. Мы не имеем права порабощать, мы должны помогать и учиться у них философии жизнь. Какнибудь, я с удовольствием расскажу вам то, что поведал мне Шалтир о многовековой истории своего народа, об их, весьма интересных, обычиях и потрясающей философии.
Генри выпалил всё на одном дыхании, боясь, что полковник перебьёт его каким-нибудь вопросом, на который он бы не смог ответить. Но полковник, чуть прищурившись, смотрел на своего будущего зятя и думал «и всё-таки, он весьма странный молодой человек и явно что-то скрывает. Но, что? Как докопаться до истины? Как вывести его на откровенный разговор? И что бы я хотел услышать? Сам не знаю. На предателя он не похож, но и странностей в его поведении немало. Не знаю почему, но он мне, действительно, очень симпатичен не смотря ни на что. Может и не стоит копаться в нём, пусть всё идёт, как идёт? Тем более, что к концу недели мы отправимся на родину, где нас ждут наши родные. Моя дочь, моя маленькая дочурка, приготовила нам сюрприз» думал полковник, но так и не решился сказать Генри о том событии, о котором узнал сам пару дней назад.
К вечеру в консульстве началась суматоха. Офицерский состав, не скрывая радости, отдавал последние приказания своим подчинённым. Действительно, два дня назад прибыла смена. Как, в это время, через большие расстояния, быстро доходили слухи до родины, для Генри было загадкой. Но именно из-за военного инцидента, в посольство была прислана усиленный отряд, ещё большее количество солдат и старших, опытных офицеров, а им всем надлежало отправиться в путь домой. Генри был весьма удивлён столь быстрой смене обстановки. Придя к себе в комнату, он снял мундир и прилёг на кровать. Воспоминания путешествия в будущее и робкая радость от скорой встречи с Виолой теснились в голове. Ближе к полуночи, в дверь его комнаты постучали.
— Кто там? — спросил Генри, поднявшись с кровати.
— Мальчик мой, позвольте войти, — послышался голос Юлиана.
— Конечно же, входите, — Генри открыл дверь и впустил своего старого друга, — вы уже слышали, что послезавтра мы отправляемся на родину?
— Правда?! Да что вы?! Прекрасно, это же прекрасно! — Юлиан потёр ладошки.
— Только представьте себе, там уже в курсе того, что здесь произошло. Но, как? Как они узнали? Странно, как быстро долетела весть.
— О, мой мальчик, в далёком будущем, где мы с вами видели катастрофы, появятся такие средства связи, которые будут переносить информацию на огромные расстояния за доли секунды, — Юлиан посмотрел на Генри сквозь прищуренные веки, — люди будут общаться посредством «телефона», это такая коробочка с двумя мембранами, в одну говорить, а из другой слушать. Как-нибудь, я расскажу и покажу вам этот интереснейший аппаратик. Но потом, люди пойдут ещё дальше и уже без всяких проводов, по эфиру полетят сообщения с одного континета на другой. О, волшебное время, машина прогресса помчится по планете, совершая всё новые и новые открытия в области техники. А пока, приходится прибегать к разным ухищрениям, чтобы кое-что придпринять. Но не будем об этом, слишком много и долго надо объяснять тому, кто пока далёк от этого. Не обижайтесь, я не считаю вас глупцом и недотёпой, просто придёт время и вы увидите всё своими глазами.
Юлиан улыбнулся и обнял Генри.
— Вы, как всегда хитрите и не договариваете мне что-то, — Генри, изучающее, посмотрел Юлиану в глаза, — я прав? Ваше вмешательство в это просто очевидно, тем более для меня.
Юлиан тоже прищурился, сначала отвёл взгляд на мгновенье, а потом открыто посмотрел на Генри.
