Он выглядел таким дружелюбным, солнечным, что легко было забыть, в чьей компании находишься. Просто гостеприимный мужчина с морщинками вокруг голубых глаз, которые напоминали о небе в ясный летний день, и сединой, что легко терялась в светлых волосах. Даже его одежда на первый взгляд казалась простой, хотя общий вид был совсем не лишён элегантности.
— Мне очень хотелось узнать больше о человеке, которого маги продолжают вспоминать добрым словом.
— Правда? — Мейлир усмехнулся, а его взгляд на мгновение потускнел. — Сомневаюсь, что заслуживаю такого.
— Разве же? Всем известно, что вы хотели дать магам место в обществе наравне с людьми.
— Хотеть можно чего угодно, — пожал он плечами, — но это не имеет смысла, если не уходит дальше желаний. Не на то время выпало моё правление, чтобы исполнить задуманное… — Мейлир задумчиво посмотрел в чашку, где плавало несколько цветков, а сам чай из-за особой заварки тоже имел фиолетовый оттенок. — Впрочем, мой сын сейчас хорошо справляется с поддержанием мира. Хочется верить, что так будет и дальше, что маги в самом деле смогут спокойно жить в нашем королевстве. Жена была бы очень рада это узнать.
Мейлир быстро вернул себе светлую, добрую, искреннюю улыбку, но всё равно можно было заметить налёт меланхолии, вызванный воспоминаниями. Давно они не всплывали так ясно, давно не хотелось так сильно рассказать о событиях, что оставили на душе тёмные пятна. На душе, которая всегда тянулась к свету, красоте и счастью для всех.
— Но ведь от того лишь удивительнее и похвальнее, что даже в то непростое время вы сохранили верность своим взглядам и стремлениям, — заметил Хенбетестир. — Не расскажете ли о себе? О том, как на троне Валлерала оказался такой оказался такой необычный человек? И почему вы решили отказаться от власти?
Встретившись со странником взглядом, Мейлир словно оцепенел на несколько мгновений. Внутри расползлось тепло. Успокаивающее, внушающее доверие, побуждающее открыться. Он отставил чашку и посмотрел на открытое окно, через которое в комнату врывался лёгкий, тёплый ветерок. В лучах солнца, словно пыльца фей, кружили пылинки. Но взгляд Мейлира был направлен в прошлое.
— Почему бы и да. Пусть хоть кто-то из долгожителей знает меня, ведь история всё равно многое переврёт. Надеюсь, вы не утомитесь и не слишком разочаруетесь.
Мейлир Шефре был вторым ребёнком королевской четы, но единственным наследником, ведь годом раньше родилась сестра. Фрейя. Тогда ещё никто не знал, насколько оба ребёнка не оправдают ожидания, но нельзя сказать, что это было к худшему. В противоположность боевой сестре, которую прямо-таки манили оружие, война и всё с ними связанное, Мейлир был крайне миролюбивым созданием. Его всегда тянуло к прекрасному, к искусству, он очень ценил жизнь и выступал против всякого насилия.
Могло показаться, что он слишком мягкосердечен, чтобы стать королём, но Мейлир умел проявлять твёрдость, судить по справедливости, просто всегда отдавал предпочтение дипломатии, мирному решению вопросов. А ещё он совершенно не хотел изучать военное дело, из-за чего был очень рад, когда эту нишу решила занять сестра. Мейлир видел, что меч в руке Фрейи лежал куда лучше пера, что она чувствует себя на своём месте среди солдат, а не на светском приёме. Если ей такое по душе, ему оставалось только поддержать сестру.
Что же касалось магии, то Мейлир видел прекрасное и в ней. Да, он знал и о той мрачной стороне, которая представляла опасность для людей, что жили на границе с пустошью, о которой так рьяно рассказывала церковь, пытаясь склонить на свою сторону. Знал, принимал, но не мог согласиться, что стоит обращать внимание только на опасное и уродливое.
— Отрицать красоту магии — это как говорить, что яблоня мрачная, жуткая и скучная просто потому, что видел её только в конце осени, совершенно забыв о том, как чудесны первые цветы, что потом разносятся тёплым снегом, как ярка и жизнерадостна первая листва. Это ведь всё та же яблоня. Да, потом она отцветёт, опадёт листва, а оказавшиеся на земле яблоки начнут гнить, но неправильно и бессмысленно обращать внимание только на одну сторону. В конце концов, людям тоже по силам совершать жестокие, отвратительные, губительные вещи. У нас другие возможности, но мы не лучше… — Мейлир вздохнул, подавив нервный смешок. — А сами маги? Да, они… Простите, вы не похожи на нас, ваша внешность такая разная, необычная, но в этом тоже есть своя красота. Несомненно, встречаются особенности, которые могут быть неприятны глазу, так и у людей встречаются изъяны, иной раз ещё более отвратительные. Я не видел и не вижу причин, по которым жизнь магов стоит ценить меньше, по которым они должны чувствовать себя неуютно, быть изгоями. Вы можете больше, вы творите настоящие чудеса. Так это и к лучшему! Силами людей и магов можно создать прекрасное общество.
