— Тюбик где он? — Вдруг почувствовала новую волну приближавшейся паники. Помню как он растворялся в потоке моего безумия.
— Кот? Да черт его знает, — не понимает о чем я, ведь не кот вовсе, точнее кот, но сейчас… Ааа. Даже в моей голове это звучало безумно.
Выслушав мой рассказ, внимательно, не перебивая и не задавая вопросов, ребята разделились на два лагеря. Миша растворился в своей манере, словив очередной прилив мрака, что отражался в его и без того черных глазах.
Марк принес какой-то отвар, и проследив пока я осушу кружку, уложил в кровать, поджав одеялом со всех сторон, не позволяя ни одному прикроватному монстру ухватить мою оголенную ножку.
Не помню как провалилась в сон, все вокруг зарябило, веки стали невыносимо тяжелыми и я отключилась, окруженная теплом и ароматом бергамота.
Как же я рада, что он есть в моей жизни.
Миша.
Очень тяжело сдерживать бушующее пламя, кусочек вселенского зла внутри меня. Кажется, что твое сознание разрывает на лоскуты, раскидывая по неочерченной территории, мешая сфокусироваться на тех нотках человечности, что, итак, в меньшинстве. Ви, такая непостоянная, ее сопротивления, они действуют на меня как-то не так. Пьянят, манят и действую, как ветер во время пожара, не позволяя потушить, грядет катастрофа.
А еще Марк, как она могла позволить ему зайти? Может по природе своей он и святая простота, но его намерения… Совсем нет. Знала бы ради чего все эти нежности и внимание с его стороны, и к порогу бы не подпустила.
Меня накрывало приступами ревности, голова кружилась, тьма капала с кончиков пальцев, сжигая газон у моих ног, словно серная кислота текла по венам.
Хотелось гасить в себе эти чувства, что отравляли разум, ровно так же как и подпитать зверя, жаждущего Ви! Этот запах! От нее пахло персиками, никак не шло в тандеме с ее образом, что и вызвало такой отклик в моем черном как ночь сердце.
Когда ее утащил Гаст, я чуть не сорвался, позволяя тьме этой проклятой ночи опутать меня своими цепкими лапками. Плевать на последствия, в то мгновение я должен был любыми силами прорваться за невидимую завесу, что пленила нас. Этот дом играет, проклятое место, а не священное.
Нет, я не могу влюбиться, не в нее! Эта безбашенная девчонка, ведьма поднебесной, что заводит меня с полуслова, точно не та, с кем бы я готов был к продолжению рода. Лиля казалась мне более подходящей, или это лишь осадок от ее чар? Кто знает благодаря какому похищенному дару она залезла мне в голову.
Я метался по заднему двору, швыряя сгустки магии, хаотично, не вглядываясь и не прицеливаясь. Даже удалось уничтожить несколько заблудших Гремлинов, что спешили пакостить, в лучших традициях сегодняшнего дня, а кого не зацепил, те перепугано умчались с земли. Не боялся разбудить Ви, знал что Марк, позаботился о крепости ее сна и чистоте разума. Спать в эти сутки не рекомендовалось, ибо по ту сторону, в мире снов, все тоже перевернулось с ног на голову. Но в рукаве были припасены пару трюков.
— Ты чего тут устроил? — Рухнул с балкона позади меня Марк, рискуя быть уничтоженным, совсем как Гремлин.
— Фак, брат, ты что творишь. Хочешь быть поджаренным? — В нос ударил такой знакомый аромат, сладковатый, но не приторный, с едва уловимыми цветочными нотками. От его футболки… — Успел разгрестись в этом всем? И понять, на что она должна согласиться, если мы хотим спасти это место?
После сегодняшней ночи я убедился в том, что времени у нас не осталось. Кто знает, на что еще способна сила, неприкаянно блуждающая по периметру этого дома. Пожар это не так страшно, когда мы снаружи, но сгореть заживо…
— Ты понимаешь на что мы ее толкаем? — Так злобно и одновременно потерянно, он наступал, словно это я виновен в произошедшем.
— Ты знал на что мы идем, любой ценой, помнишь? Мы стояли державшись за окровавленную руку матери, и обещали найти источник силы, чтобы больше не познать этой боли от потери близкого! Разве не так? — Я словно пытался убедить самого себя, в том, что жертва Викой это мелочи, что у меня в душе нет места на сопереживания к соседке, что еще неделю назад готов был удавить собственными руками.
— Тебя к ней тянет, я знал, точнее чувствовал это. Твой типаж, только вот не хватало изъяна, намека на то, что в ней есть хоть небольшая долька тьмы, способная превратить ее в чудовище. И вот она, возможность, — никогда еще центром конфликта не была девушка, это казалось таким бредовым.
Не оставляя мне даже шанса на диалог, Марк вынудил своей претензией выдать ему удар. Костяшки хрустнули, коснувшись его челюсти. Рваные полосы крови крупными мазками украсили его лицо, сплетаясь с нитями черного цвета, подтекая нефтяными реками, вынуждая голову покорно склониться.
Его ладонь, что прощупывала место удара, белела, а глаза наполнились гневом, теперь мы похожи, действительно братья!
— Что правда глаза колет? — Бросил мне, усаживаясь на край бочки.
— Когда ты успел на нее запасть, задача ведь была другая, — стало немного легче, выпустил пар и дымка в голове рассеялась, позволяя трезво мыслить.