— А ты? Хотя нет, не так. Не понимаю, как ты можешь любить и ненавидеть с одинаковой силой? Ты обрекаешь ее на смерть. Впитав тьму, она автоматически превратиться в Гибрида, понимаешь, опять эта история. Я не могу, я не позволю ей это сделать. И даже если мне придется начать братоубийственную войну, не позволю!!!
До того момента пока он это не озвучил, я действительно не думал про то, чем обернется эта история влюбленности в плохую ведьму. Словно мозг блокировал это. Может Марк прав, меня тянет к ней только потому что она должна стать Гибридом, существом превращающим мою жизнь в ад? Отравляющим и ужасающим. Не зря это называют проклятием.
— Может ты и прав, но какие варианты? — Усаживаясь рядом, выдыхая так, словно я нашкодивший котенок.
— Отпустило? — Марк слишком хорошо меня знал, повадки и всплески, не первое Ивана-Купала, да и Сайман каждый год хлеще любого ужастика.
— Слушай, я не против ваших чувств, и сам не хотел бы причинять ей вред, но то что она рассказала… Понимаешь от этого поступка зависит не только состояние этого дома, а еще и хрупкий мир магии, что является фундаментом. И кто знает, что произойдет дай мы этому вырваться.
— Я все сказал, мне плевать, даже если придется взорвать пол квартала, она не сделает этого!
Он был чертовски прав, голос разума не частый гость в моей черепной коробке, если прислушаться, то можно проследить движение гадких мыслей, что шныряют из стороны в сторону, побуждая совершать то, чего я на самом деле вовсе не хочу.
Эта чертова сука что-то сломала во мне, копаясь своими волшебными палочками. Жаль что Марк меня опередил и разобрался с ней раньше, я бы сделал это изощрённее. Помучал бы напоследок, и отправил к прародителям только после того, как убедился в собственной безопасности.
Сошлись на том, что вздремнуть все же стоит, хотя бы часик, иначе одуреем с этими проказми Иванщины.
Приняв холодный душ, в надежде что он смоет весь этот мрак, путающий сознание, я приземлился в кресле, которое стояло у окна, и отключился, блуждая в темных тоннелях собственного подсознания, в поисках паразитирующей магии стражников. Запах, я ощущал присутствие чужих, но он распространялся равномерно, не позволяя отыскать источник.
«Раз, два, три, четыре, пять, я иду вас убивать», эхом раздавалось в голове, мешая сосредоточиться. Эти детские игры дубляжа меня не пугали, но отвлекали, подтверждая факт присутствия чьей-то магии.
Дыхание сперло, каждый вздох казался мучительным, словно к лицу приложили пакет, пытаясь задушить. Руки свело судорогой, словно тысяча иголок одновременно проникли под кожу, а сверху кинули магнит, отделяя плоть от обертки. Веки налились свинцом, мешая открыть глаза. Так лихорадило меня однажды, при температуре в детстве, когда я провалился под лед, играясь на озере.
Слышал, как кровь текущая по венам замедляет бег, давая тревоге, пространство для маневров. Я чувствовал, как сила выходит из меня, утекает единым потоком, и как бы не пытался удержать ее, сжимая кулаки, натягивая лассо, течение оказывалось сильнее.
— Проснись брат, проснись, — ледяные руки Марка сработали как дефибриллятор, вернув способность дышать. Я хватал воздух как голодный щенок, которому выдавили консервы из пачки. Казалось у меня есть совсем немного времени, чтобы отдышаться, запастись впрок. — Ты как?
— Уже лучше, приведя пульс в норму, смог ответить перепуганному брату.
— Ты тоже это чувствуешь? Я проснулся весь мокрый, такой волной света окатило, я просто не в состоянии это впитать, каждое движение руки, в рифму брошенная фраза, все порождает магию.
Дверь в спальню распахнулась, ударяясь ручкой о стену. Так громко, черт! В комнату проскочило белое облако, на четырех ножках, и припарковалось на моей кровати.
— Собака?
— Собака, — развел воздух руками, подчеркивая всю нелепость момента.
— Так, погоди. Если у тебя перенасыщение магией света, а из меня качают тьму, значит…
ВИКА!!! — Зарычали в голос и сорвавшись с места ринулись в центровую спальню. Дверь была открыта, краешек одеяла загнут, тапочки все так же скромно ожидали хозяйку у кровати, только вот самой Ви не было.
— Тут тоже пусто, — окрикнул Марк, стоящему в проходе мне, пока я крутил в голове варианты, куда она могла деться.
Вибрации ползли по стенам, словно черви, разрушая штукатурку, звук трясущихся стекол создавал мелодию, ласкающую уши, что явно не нравилось нашему новому жителю, который подвывал, накаляя обстановку.
— Я знаю где она! — Есть только одно место, откуда можно задать такую встряску дому. Ровно, как и завершить слияние.
Без лишних слов, Марк понял меня и протянув руку, засиял в подземелье. Лихими завитками искрилось во мраке, сверкал каждый уголок пещеры. У плиты Кори, в левом углу которой красовался портрет последней умершей рода, стояла Ви. На коленях, вогнав кисти рук в песок. Земля была настолько плотной, что каждый шаг разливался эхом. Она не в землю пальцы вонзила, а во тьму…