На следующий же день он приказал кшатриям найти залежи серы по резкому запаху, появляющемуся из неглубоких расщелин вдоль берега реки Йамуны, набить ею корзину и привезти в гарнизон. Тохару Гати доверили не менее ответственное задание: вместе с подчиненными объехать все близлежащие скотники и заставить их хозяев соскрести с земли белый налет - природную селитру, образовавшуюся в местах испражнений животных, набрать её как можно больше и также доставить в гарнизон...
Мукеш продолжал готовить "секретное оружие". Несколько кшатриев тщательно растолкли древесный уголь и селитру в отдельных ступах, затем соединили его вместе в указанной Мукешем пропорции, предварительно взвесив обе части на медных весах, добавили туда серу, хорошенько перемешали содержимое. Черный порох был готов. Военачальник взял пару обыкновенных, не более пятнадцати сантиметров в высоту и десяти сантиметров в диаметре, глиняных горшков и набил их смесью, потом вставил в каждый по короткому толстому стеблю сухого тростника и набил их той же смесью - сделал примитивную огнепроводную трубку. Дождавшись, когда стемнело, он поджег трубку лучиной от костра, размахнулся и запустил первый горшок в кучу глины. Через пару секунд раздался сильный хлопок, сопровождаемый большим количеством огня и черного едкого дыма, острые черепки разлетелись в разные стороны метров на двадцать от места попадания. Испуганные воины бухнулись на землю и принялись молить богов о снисхождении. Тогда Мукеш кинул второй, рассмеялся и крикнул:
- Раджпуты никогда не были трусами! Идите и набивайте горшки смесью! А завтра приступим к изготовлению "медных подарков". Будем "кормить" огненным зельем кшатриев Ратхора.
- Что за "подарки" из меди? - полюбопытствовал Тохар Гати, ставший добровольным соглядатаем Мукеша.
- Нам необходимо отлить множество медных цилиндров с толстыми стенками и дном и набить их той же смесью, что и горшки. Задачу понял?
- Да, мой командир.
- Тогда ступай к плавильщикам. Пусть займутся полезным делом - отольют штук сто, диаметром, как толстый бамбук вот такой длины, - Мукеш отмерил руками двадцать сантиметров, - я хорошо заплачу им... Мукешу хотелось как можно быстрее опробовать и внедрять огненное зелье...
***
...Алина удобно устроилась на душистом сене, накиданном в повозку, и рассматривала окрестности. Вдоль дороги росли финиковые пальмы, на просторном лугу, отвоёванном людьми у леса, мирно паслись коровы. У каждой деревни возвышались лингамы или небольшие местечковые храмы. Вокруг царило спокойствие, нарушаемое только пением птиц да изредка проезжающими телегами крестьян...
К вечеру повозка свернула на более узкую, выложенную крупными каменными плитами дорогу. За поворотом показалась крепость из красного песчаника. Брахман остановил повозку у массивных деревянных ворот ярко синего цвета, щедро украшенных резьбой с позолотой. Завидев путников, ворота открыли, и путешественники заехали во двор, где стояли боевые колесницы и томились слоны, цепями прикованные к специальным металлическим крюкам. Лучники прохаживались по стене между башен. В крепости не росли деревья, под ногами лежала лишь затвердевшая как камень глина.
"Хоть бы пальмы в кадушки додумались посадить. Листья прикрыли бы двор от палящих лучей" - подумалось Абхе.
- Спросите командира, могу ли я - Вагаспати Мишра и моя спутница переночевать здесь под вашей охраной? - спросил он у воина.
Тот незамедлительно передал вопрос следующему, стоявшему неподалеку, воину. Тот пошел во внутренние покои, но быстро вернулся и кивнул головой дежурному.
- Проходите, - Рану разрешил. - Мы напоим и накормим ваших лошадей.
- Идем, - Мишра взял Алину под руку и провел через дверь во внутренний дворик с фонтаном по центру.
Они остановились у входа во внутренние покои. На пороге их встретила приветливая, но очень усталая, с покрасневшими от бессонницы глазами молодая женщина.
- Вот ваша комната, госпожа, - сказала она и кивнула на дверь, что справа от входа. - А вам, уважаемый, отвели комнату на мужской половине. Кшатрий проводит.
- Абха, отдыхай и ничего не бойся. Ямина прислужит тебе. Завтра утром мы продолжим путь.
- Хорошо, Вагаспати...
